Читаем Дочь обмана полностью

— Она помогла мне увидеть себя. Чем больше я был с ней, тем яснее понимал, чего мне не хватало. Я хотел продолжать вести тихую жизнь, которую создал себе здесь. Дейзи это знала.

Ей исполнилось пятнадцать, когда она мне сказала, что почти готова начать свою карьеру. «Пришло мое время», — заявила она.

Я предложил ей выйти за меня замуж. «Я не могу этого сделать, — ответила она. — Тогда мне придется остаться здесь до конца моих дней. Если мы будем жить здесь, мы останемся бедными, и мои родственники будут жить недалеко от нас. Я хочу танцевать. Я буду актрисой!» Какое-то время я думал, что поеду вместе с ней. Она не согласилась. Она сказала, что очень ценит мою дружбу, но мы совсем разные люди. Я не мог верить в то, во что верила она.

День, когда она уехала, стал самым ужасным днем в моей жизни… Я попрощался с ней. «Обещай мне, — сказал я, — если все пойдет не так, как нужно, ты вернешься ко мне». Она сказала, что была счастлива со мной, что любит меня, но мы совсем разные. Она не сможет помочь мне, если останется здесь, присматривая за курами и правя повозкой. Я также не смогу помочь ей в становлении ее карьеры. «Мы должны посмотреть правде в глаза. Мы разные люди. Но мы навсегда останемся хорошими друзьями».

Она решила называться Дейзи Тремастон — это фамилия богачей, которые жили неподалеку, ее сценическое имя стало Дейзи Рей. Потом кто-то посоветовал ей поменять его на Дезире. Она начала работать. У нее было все — решимость, огонь, талант. И она добилась успеха!

Он помолчал, приложив руку ко лбу. Я хорошо знала мою мать, и все, что он рассказывал, могла себе представить. Я могла понять тот протест, который вызывали у нее дед и бабка, я знала ее презрение к общепринятым правилам и решимость идти своим путем.

Мари-Кристин слушала его рассказ, как интересную сказку, но я понимала, что она хотела бы как можно скорее добраться до сути дела. Был ли этот человек моим отцом?

Он внезапно сказал:

— Я обычно пью кофе в это время. Могу ли я предложить кофе и вам?

Я сказала, что пойду на кухню и помогу ему сварить кофе. Когда мы остались наедине, он сказал:

— Я часто думал о том, как вы приедете сюда.

— Вы имеете в виду с ней?

Он кивнул.

— Она никогда не говорила мне о вас, — заметила я.

— Конечно, нет. У нее были другие планы.

— Я хочу знать только одну вещь.

— Да, — сказал он, несколько помедлил, потом продолжил: — Я знаю, почему вы приехали. Вы нашли письма, которые она хранила, и сразу появилось множество вопросов, я прав?

— Да.

— Я сохранил ее письма. Она писала мне не часто. Было так чудесно получать от нее письма! Я знал, что у меня нет надежды на ее возвращение. Особенно после того, как родились вы. Я дам вам письма, которые она писала мне. Возьмите их в гостиницу и прочитайте. Вы должны их прочитать одна. А потом вернете их мне. Они мне очень нужны. Я не переживу, если они пропадут. Я их часто перечитываю. Мне кажется, они вам все объяснят.

Мы принесли кофе в комнату и еще немного поговорили о том, как он живет. Он вполне в состоянии заработать себе на жизнь. В Бодмине есть галерея, она покупает некоторые из его скульптур. Он делает их понемногу, обычно это статуэтки «Танцующие девушки». Туристам нравится увозить с собой воспоминания о тех местах, которые они посещали. Он также выращивает овощи. У него есть корова и несколько кур. Он живет той жизнью, которую сам себе выбрал. Потом он принес письма и отдал их мне.

Как только мы вернулись в гостиницу, я поспешила в комнату. Мари-Кристин весьма тактично заявила, что пойдет на часок прогуляется. Я была ей очень благодарна, ведь я знала, что она сгорает от любопытства.

На письмах не было дат, но я поняла, что они лежат в хронологическом порядке.

«Мой дорогой, милый Эннис!

Как чудесно! Наконец-то ты вышел из своего заточения. Наконец ты будешь пользоваться заслуженным вниманием. После того, как один лондонский торговец предметами искусства увидел твою «Танцующую девушку», он очень заинтересовался твоим творчеством. Это только начало. У тебя не дрожит сердце? Я очень волнуюсь. Но ты, пожалуй, скажешь: «Пока нет ничего определенного. Подождем и увидим». Я тебя знаю, Эннис. Ты потерял столько времени, пока ждал чего-то.

Но самое главное — это то, что ты собираешься в Лондон. Я постараюсь устроить тебя в хороший отель. Он должен быть расположен недалеко от моего дома. Тогда мы сможем вместе проводить время, когда ты будешь свободен от переговоров со своим агентом. У меня пока еще не начались репетиции. Его светлость Дональд Доллингтон — мы зовем его Долли — скоро начнет репетиции новой постановки. В настоящее время он весь на нервах, просит Всевышнего, чтобы тот пожалел его, и он не сошел с ума. В подобные игры он всегда играет перед началом новой постановки. Если ты приедешь на будущей недели, репетиции еще не начнутся. Мы можем говорить до бесконечности. Все будет как в старые времена.

Я ожидаю твоего приезда с огромной радостью.

Твоя Танцующая девушка

Дейзи».

Я начала читать следующее письмо.

«Мой дорогой и милый Эннис!