Читаем Дочь обмана полностью

Я очень хорошо помню тот разговор. Я остался в «Танцующих девушках», потому что хотел снова увидеть ее. Она покорила меня. То она была ребенком, а через секунду — взрослой женщиной. Я никогда не встречал никого, в ком, как в Дейзи, сочетались бы чистота, невинность и знание жизни. Ей было четырнадцать, я был старше ее на десять лет. От нее исходило сияние. Никогда я не видел более прекрасного существа, чем Дейзи. Вы можете сравнить ее, тогдашнюю, с бутоном: вот-вот он раскроется и будет сиять прекрасно и победоносно.

Мы стали встречаться каждый день у этих камней. Мы никогда заранее не уславливались о встрече, но каждый из нас знал, что встреча неизбежна. Ей нравилось разговаривать со мной. Мне кажется, это происходило оттого, что мне нравилось ее слушать. Тема разговоров всегда была одна — побег, исход. Она собиралась с помощью танцев и пения пройти дорогу к славе. Меня удивляло, что в ней воплощено все, чего не хватало мне. Я хотел удалиться от жизни. Она страстно желала убежать, чтобы начать жить по-настоящему. Вскоре я понял, от чего она стремилась избавиться. Я узнал, какую жизнь ей приходилось вести здесь. У нее была очень трудная жизнь. Поэтому она стремилась уехать отсюда и никогда не возвращаться. Она жила с дедом и бабкой и ненавидела их. «Они убили мою мать, — сказала она. — Они готовы убить и меня».

Постепенно я узнал ее историю. История была самая обычная. Я могу себе представить пуританина деда, строгого и ничего не прощающего. Молитвы три раза в день, никакой любви, смеха, никакой нежности. Дейзи и ее мать были грешницами. Ее мать потому, что нарушила Божьи законы, а Дейзи потому, что по верованию ее деда, грехи родителей ложились бременем на их детей. Дитя, рожденное в грехе, само становится грешным. Я понял решимость Дейзи, ее возмущение. Она ненавидела своих деда и бабку. Она презирала все, что составляло основу их веры: если ты несчастный, значит, хороший, если смеешься и доволен жизнью, значит, совершаешь грех!

Ее мать соблазнил и бросил любовник. В результате появилась Дейзи. Грешницу никто не пожалел.

Дейзи было пять лет, когда умерла ее мать. Она рассказала мне, как это случилось. «Она уже больше не могла терпеть. Она часто болела, я очень пугалась ее кашля. Однажды ночью, когда шел снег и дул сильный ветер, она пошла на болото. На ней была легкая кофточка и юбка, мама пробыла там почти всю ночь. Когда она вернулась, ей стало очень плохо, а через несколько дней она умерла. Она вытерпела так много, что у нее уже не оставалось сил». Дейзи резко сказала: «Я их ненавижу. Я никогда не буду бедной. Я буду богатой и знаменитой, и всю жизнь проживу, смеясь. Я уеду отсюда и никогда больше их не увижу».

— Она редко говорила со мной о своем детстве, — сказала я. — Я видела, что это ей неприятно, и теперь понимаю почему. Она была такой несчастной.

— Можно решить, что девушка в ее положении будет именно такой. Но не Дейзи. От нее исходили лучи жизнерадостности. Ничто не могло это изменить. Я был околдован ею. Она помогла мне прийти к решению, я понял, что должен делать. В то время продавался Менингарт, стоил он очень дешево, у меня хватило денег на покупку. Я мог жить там и быть рядом с нею. Она часто приходила ко мне. Я мог прийти домой и увидеть, что она разожгла печь и свернулась около нее. Я знал, что я много значил для нее в то время. Она приходила ко мне, когда ей было необходимо выговориться. Я знал все ее мечты и планы, они никогда не менялись. Ей нужно было уехать отсюда и никогда не возвращаться. Я не мог примириться с тем, что она хотела уехать. Я думал, что все будет длиться вечно, и что со временем она переедет в Менингарт. Я думал, что она просто мечтательница, я сам был таким. Но Дейзи жила в мире, где все мечты исполнялись. Она собиралась называться Дейзи Рей. Ее звали Дейзи Рейнор. Это было проклятое имя ее деда. Дейзи Рей — она считала, что это подходящее имя для актрисы.

Она все время вспоминала своего отца. Она была уверена, что он благородного происхождения, такой же богатый, как Тремастоны. «Он был молод и боялся ослушаться приказа своей семьи», — говорила она.

Она нарисовала себе целую картину. Он хотел жениться на ее матери и не знал, что у той будет ребенок. «Его семья отослала его далеко за границу, а когда он вернулся, уже было поздно», — так рассуждала Дейзи.

Мы рассуждали о том, чем бы я хотел заниматься. Я собирался стать великим музыкантом, скульптором. Я создал скульптуру, посвященную ей, и назвал ее «Танцующая девушка». Она действительно прекрасна. Я ее вам покажу. Это самая лучшая вещь, которую я создал. В ней я соединил мистицизм камней и характерные черты Дейзи. Мне предлагали за нее большие деньги, но я не мог расстаться с этой скульптурой. Для меня она была очень важна — особенно когда я понял, что Дейзи уйдет от меня. Скульптура могла бы помочь в становлении моей карьеры. Дейзи обозвала меня дураком, но я ничего не мог с собой поделать. Себя не переделаешь. Я не мог расстаться с «Танцующей девушкой».

— Я понимаю вас, — сказала я.