Читаем Дочь молнии полностью

Нэра тронулась, и вся группа продолжала прерванное путешествие, оставив Этлона одного верхом на лошади. Он рванул поводья и вскоре поравнялся с Габрией. Сейчас, радостная, она казалась ему чертовски привлекательной. Казалось, что этот чужестранец из Турика прямо-таки приклеился к Габрии. Он покачивался на лошади позади Нэры и насвистывал что-то себе под нос. Этлон заскрежетал зубами. Сейчас он ничего не мог поделать, разве что вышибить противника из седла ударом меча.

— Что это нашло на тебя вдруг, что ты позвала его за собой? — холодно спросил Этлон Габрию. — Тебе не нужна его помощь. А у нас нет времени на то, чтобы нежить безответственного мальчишку.

Габрия была уязвлена. Ее глаза угрожающе вспыхнули, она наклонилась к Этлону и выпалила:

— Король сказал мне привести с собой других. Я следую его совету.

— Но почему ты выбрала его? Он из Турика. Он будет только нам мешать, — ответил Этлон зло.

Габрия впилась в него взглядом, обиженная и разгневанная до глубины души. Во время этого путешествия ей так нужно было доверие и поддержка Этлона. Она не понимала, почему он так категоричен по отношению к незнакомцу.

— Потому что он разыскал меня. Потому что ему не все равно, что он такое. Потому что он владеет магией, и мне понадобится его помощь, — ее последние слова звучали настолько резко, что, казалось, разрезали воздух.

Этлон пристально смотрел на нее несколько минут, изучая взглядом завиток светлых волос около уха; маленький, слегка вздернутый носик; веснушки, которые ярко выступали на ее скулах, когда она сердилась. Она была так желанна и притягательна, она заставляла петь его душу и сердце, и в то же время иногда она становилась такой чужой и далекой ему, в такие минуты он не знал, как до нее достучаться. Все, что он мог сделать, — попытаться понять. Но, кажется, и этого недостаточно.

Вождь глубоко вздохнул.

— Возможно, ты права, — сказал он Габрии, но в голосе его все звенел металл. — Не все владеющие магией достаточно сильны, чтобы использовать свою власть. Кто-то из Турика может оказаться полезным.

— У тебя тоже есть талант, Этлон, — сказала она тихо, — и ни малейшего желания им воспользоваться.

Вождь переменил позу, рванул поводья и поскакал вперед. К полуденному отдыху он был далеко впереди от Габрии, Сайеда и остальных.

Габрия и Этлон не имели возможности помириться в течение нескольких дней. Габрия чувствовала, что была права в споре о чужеземце, и не собиралась подходить к Этлону с извинениями или покаянием. Этлон, в свою очередь, почти не имел времени, чтобы поговорить с ней. Каждый раз, как он собирался это сделать, его прерывал Пирс или Хан'ди или отзывали воины.

Сайед также не помогал положению. Юноша чувствовал себя в компании, как дома. Он шутил и смеялся с воинами — Сесеном, Кетом, Валаром; охотился с Бреганом; говорил о лекарствах с Пирсом, а с Хан'ди обсуждал достоинства южных пряностей и тканей. Но больше всего внимания он уделял Габрии. Он использовал малейшую возможность побыть около нее, был ли Этлон рядом или нет.

Как-то днем девушка отдыхала, сидя на спине Нэры, пока та остановилась, чтобы напиться. Видя, что Габрия одна, Этлон отослал своих воинов и направился к ней. Она посмотрела на него с любопытством и опасением, так как ожидала новой ссоры.

— Габрия, я… — начал он. Затем внезапно умолк, потому что вдруг понял, что не знает, что ей, собственно сказать.

— Лорд Этлон! — закричал Бреган. — Сесен сигналит.

Этлон выругался и посмотрел на воина, который ехал впереди. Сесен, находящийся почти на вершине дальнего холма, сигналил о приближении других всадников. Этлон оставил Габрию и поскакал, чтобы во всем разобраться. В сопровождении двух воинов он направился к Сесену. Тревога оказалась ложной, а Габрия тем временем присоединилась к Сайеду. Лицо вождя потемнело от гнева, когда он, обернувшись, увидел их вместе. Сайед нарвал небольшой букет ранних полевых цветов и теперь сооружал венок для Габрии. Они смеялись и болтали, как старые друзья, пока она закрепляла венок на голове.

Этлон пришпорил лошадь и повернулся к ним спиной, чтобы они не видели его волнения и гнева.

* * *

Вечером двенадцатого дня путешествия Габрия и ее товарищи достигли Тир Самод, где кланы Валериана собирались каждое лето уже несчетное количество времени. Они прибыли туда еще до заката и разбили лагерь в небольшой роще, около того места, где обычно располагались шатры совета. Луга казались им пустыми и странными без больших шатров, шумного лагеря, суетливого рынка, тронов для заседания, без людей, лошадей и собак, что создавали здесь веселую суматоху каждое лето. Сейчас это место было мирным и тихим.

Впервые за много дней небо было безоблачно и солнце село, обещая ясный день. После ужина воины устроились вокруг костра, чтобы почистить оружие и пересмотреть вещи. Пирс исследовал запасы лекарств и трав на случай, если кто-нибудь пострадал от непрерывного дождя. Хан'ди сидел на подушке и чистил ногти щеточкой.