Лешек Смялы ждал у входа в зал прибытия аэропорта Арланда, прислонившись к капоту взятого напрокат автомобиля. Арон с братьями Идальго вышли из стеклянных дверей, а следом за ними показался Лееви Ханнула. Прибывшие пожали Лешеку руки и коротко представились. После чего сели в машину и поехали в Стокгольм.

На заднем сиденье стало тесновато – два в меру упитанных перуанца и один откровенно толстый финн.

– Что слышно о Соне? – спросил Гейслер.

– Ее только что допрашивали, – ответил Смялы.

– И где она?

– Ждет вестей от нас.

Арон посмотрел в окно и утер со лба пот. Он выглядел усталым.

– Вот мы и снова в Швеции, – сказал он.

– Снова в Швеции, – повторил Лешек.

В центральных кварталах движение на трассе заметно оживилось. Сквозь заторы и пробки машина пробиралась к Кунгсхольмену. Смялы остановился на Шеелегатан перед ратушей – ржаво-кирпичным памятником национальной романтике постройки 1915 года.

– Здесь проходят судебные разбирательства первой инстанции, а там мы возьмем Гектора. – Лешек показал в противоположном направлении.

Компания дружно повернулась в ту сторону.

– А там мы будем жить, – добавил Смялы.

Отель «Амарантен» находился в двух шагах от ратуши. Ветер развевал на его фасаде разноцветные флаги.

– И что нам известно? – спросил Гейслер.

– Не так много. Гектора переправили в Швецию под другим именем. Я пока не знаю, почему, но мне кажется, нам это только на руку, – ответил Лешек.

– Когда начнется процесс?

– Скоро, в ближайшие несколько дней.

– Откуда это известно?

– От адвоката.

– И почему именно этот отель? – спросил Лееви.

– Потому что он близко, – объяснил Лешек. – И там под зданием есть гараж. Мы сможем вызвать лифт к самому автомобилю, у нас будет маленький закрытый универсал. Наш номер – две комнаты с видом на улицу, здание суда просматривается прекрасно. В случае чего мы сможем отреагировать немедленно.

– Сколько метров между отелем и входом в здание суда? – задал вопрос Арон и тут же попытался сам оценить это расстояние.

– Нет и сотни, – ответил Смялы.

– А раньше взять его никак не получится?

– Нет. От тюрьмы до здания суда проложен туннель. Он хорошо охраняется.

– И вы считаете эту затею удачной? – спросил Гейслер.

– Смотря что считать удачной затеей, – отозвался Лешек.

– Но здесь кругом полиция. Участок находится прямо за зданием. Здесь камеры для задержанных, прокуратура… Полно копов!

– У нас нет возможности выбирать, – возразил Смялы.

Арон еще раз оглянулся на здание – мрачный вид особняка не сулил ничего хорошего.

– И что нас ждет там внутри? – подал голос с заднего сиденья Кинг.

– Контроль безопасности с магнитной дугой, – ответил Лешек. – Сотрудники частного охранного предприятия. Возможно, кое-кто из полицейских – в том случае, если нам особенно не повезет.

– А если повезет? – спросил финн.

– Один охранник, народу немного, но это только на входе…

Смялы завел мотор и развернулся к «Амарантену» и его подземному гаражу. Они поставили машину и поднялись на последний этаж. Номер состоял из двух смежных комнат, в стене между которыми была дверь.

Арон встал у окна.

– Ты хотел бы, чтобы я стоял здесь, я правильно понял? – спросил он Лешека.

– Да, – ответил тот и протянул ему бинокль.

Гейслер направил его на вход в здание суда.

– Чем ты намерен меня вооружить?

– Я дам тебе карабин с глушителем и дозвуковые патроны.

Арон стал изучать с биноклем вход в здание с прилегающим к нему участком тротуара.

– У подъезда будут стоять один или два полицейских автомобиля, – продолжал Лешек. – Возможно, кто-то из охраны будет наверху, у двери. – Он протянул Арону кипу бумаг. – Вот здесь я попытался изложить весь план.

Гейслер просмотрел разработанный Лешеком сценарий.

– Автобус? – переспросил он, поднимая глаза от страницы.

– Это потом. Отсюда мы уедем в автомобилях.

– Рискованно, – рассудил про себя Арон.

– Здесь все рискованно, – отозвался Смялы.

Снаружи совсем стемнело, и время уже приближалось к полуночи, когда Арон Гейслер и Лееви Ханнула вышли из номера прогуляться по окрестностям, обсудить план Лешека и походя наметить пути к отступлению. Первым делом они направились к старой ратуше, где должен был проходить процесс над Гектором Гусманом.

Арон посмотрел на башню в центре вытянувшегося вдоль улицы здания.

– Если все полетит к черту, я не намерен отправляться туда же… Я думаю жить дальше, собрать по кусочкам то, что еще можно собрать… и продолжать идти своей дорогой.

– В таком случае будем собирать вместе, – поддержал его Лееви.

– Если только все не полетит к черту, – напомнил Гейслер.

Они повернули обратно к отелю. Из бара неподалеку доносилась музыка.

– Что ты думаешь о братьях? – спросил Арон.

– Звери, – ответил финн, – кровожадные и похотливые… И безмозглые к тому же, – добавил он, помолчав.

– Будем держаться их в таком случае, – многозначительно кивнул его спутник. – Они могут нам пригодиться.

36

Стокгольм

Томми готовил мидий по-французски, в печи разогревался хлеб.