— Нет. Ещё, — парень запнулся, — Это из-за меня Эндрю тогда вернулся. Это я написал ему сообщение, что он прямо сейчас нужен тебе. Поэтому он так быстро вернулся. Он ещё отругал меня за то, что сую нос не в своё дело, но сказал «спасибо». Понимаешь, если бы не я, то он бы уехал тогда и был бы сейчас жив. Но тогда бы ты… тогда бы они тебя… — Микаэль обессиленно опустился на колени и разрыдался, не смея больше поднять на Нила глаза.
— Наверное, это у нас семейное, брать ответственность за чужое дерьмо на себя и мнить себя «пупом земли»? — спокойно спросил Нил.
Микаэль всё же посмотрел на него, плача.
— Послушай меня. Решение, которое я принял, я принял сам, и вся ответственность за его последствия лежит на мне. И хотя твои горящие на поле глаза и сыграли свою роль, не смей приписывать себе ничего лишнего, а уж тем более винить себя в моих действиях и поступках. Во-вторых, Эндрю, — Нил запнулся, произнеся его имя, но взяв себя в руки, продолжил, — Никогда не делает того, чего не хочет. Но ты, чтобы больше никогда не смел совать свой нос во взрослые дела. Ты меня понял?
Микаэль молча кивнул.
— И в-третьих, не смей никогда и ни перед кем опускаться на колени. Разве что, перед будущей женой, когда будешь делать ей предложение.
Нил грустно улыбнулся уголком рта и слегка кивнув, раскинул руки в стороны, тепло приглашая Микаэля в свои объятия.
— Иди сюда.
Парень вскочил на ноги и плача, кинулся к нему, чуть не сбив того с ног. Нил едва устояв, обнял его и погладив по голове, спросил:
— То кричишь не прыгать, то сам пытаешься столкнуть меня с крыши?
— Прости, — сквозь слёзы прошептал парень, прижимаясь к Нилу всем телом.
Всё также гладя Микаэля по голове и успокаивая, Нил тихо сказал:
— Я там вчера наговорил, да и вообще всем растрепали, так что теперь хочешь — не хочешь, а олимпийское золото тебе придётся завоёвывать. Ты уж извини, что подставил…
— Я завоюю. Я обещаю тебе, что выиграю, — плакал парень, не выпуская Нила из своих объятий.
— Я в этом абсолютно уверен… Но я сейчас пошутил, если что. Я уже говорил тебе, что куда важнее всех этих кубков и медалей, чтобы ты был по настоящему счастлив и все твои мечты исполнились, — Нил поднял лицо парня за подбородок, — Ты меня понял? И не смей себя ни в чём винить.
Микаэль молча кивнул и снова прижался щекой к плечу Нила, слушая гулкие удары его сердца. Измученный, бледный, еле стоящий сейчас на ногах, но это по-прежнему был его Нил. И Микаэль рыдал в голос, наконец выпуская наружу свои боль и горе, все свои переживания, которые выжигали его душу невыносимым чувством вины последние сутки, оставляя лишь глубокую скорбь по любимому родному человеку и огромную любовь к своей семье.
Неожиданно дверь с грохотом распахнулась и на крышу ворвался запыхавшийся Алекс. Он замер на мгновение, увидев Нила и Микаэля, а затем устало привалился спиной к стене, проведя ладонью по лицу. Нил, не отпуская Микаэля, протянул руку, приглашая его в свои объятия. Александр подошёл и обнял их обоих.
— Простите меня, мои родные. Совсем я замучил вас обоих. Но я очень благодарен, что вы рядом, — Нил по очереди притянул каждого за затылок и поцеловал в макушку.
— Как ты? — тихо спросил Александр.
— Не знаю, — честно ответил Нил.
Они стояли так бесконечно долго, пока Микаэль немного не успокоился, а потом отправили его в душ и переодеться, а сами сели на парапет. Джостен молча закурил.
— Нил, — острожно позвал его Александр, — Надо что-то поесть. Ты уже вторые сутки без еды.
Нил отрицательно мотнул головой.
— Мне всё равно придётся туда спуститься. Не с крыши же прыгать, — неожиданно сказал Джостен.
— Я хотел убрать некоторые вещи, но… — Алекс замялся.
— Но он везде, — устало выдохнул Нил, — А самое главное, что он здесь, — Нил положил руку себе на грудь, — И тут, — он постучал двумя пальцами по своему виску.
В кармане Алекса завибрировал телефон, оповещая о приходе сообщения. Он достал его и прочитал, а потом, помолчав, тихо сказал:
— Сегодня с часа дня начнётся прощание, а завтра в десять похороны. Аарон всё подготовил. Все «лисы» уже здесь. Думаю, что они до вечера будут с ним. Скажешь, когда будешь готов и…
— Наверное, я не смогу, — перебил его Нил и закрыл глаза, затягиваясь.
Александр перевёл на него удивлённый взгляд.
— Я знаю, что его больше нет, но я не видел его мёртвым. Наверное это трусость, но я не хочу видеть его мёртвым. Я помню его живым, его прикосновения, его голос, его улыбку, — Нил раскрыл ладонь перед собой, — Помню его тёплую руку в своей ладони, помню стук его сердца. Я не хочу помнить его мёртвое тело в гробу, я не могу помнить его мёртвым. Я точно знаю, что никто меня не поймёт, но я просто не могу…
Алекс молчал, глядя перед собой, и не знал, что сказать.
— Наверное, ты имеешь на это право, — наконец ответил он, — В любом случае решение принимать только тебе. И что бы ты не решил, думаю, все поймут. Главное, чтобы ты сам потом о нём не пожалел.
Нил прикрыл глаза ладонью.
— Хочешь побыть один? Я буду внизу, если что, позови.
Нил молча благодарно кивнул.
***