Следопыт не успел вытянуть свой верный хоралуг из ножен и до половины, как со всех сторон стали выбегать существа. Они с громкими криками выскакивали из кустов и со стволов травин, и бросались на отряд следопыта. Искрену сперва показалось, что это люди, - высокие, в одеждах из кожи и меха, люди с глазами, горящими злобой. Одеяние их не было одинаковым и разнилось, то богатством отделки, то количеством нашитых на верхнюю одежду пластин из металла, то наличием круглого шлема на голове. Весь металл был покрыт чем-то тёмным, и в редких лучах начавшего пробиваться солнца, он не давал бликов и не играл весёлыми, но предательскими пятнами света. В оружии у нападавших также не было единства. Присутствовали топоры на длинных рукоятях, редкие кривые сабли моглов, короткие копья и попросту оббитое гвоздями дубьё. Одинаковыми были лишь смуглые лица с раскосыми глазами и с тоненькими длинными усиками, свисающими ниже гладкого, безволосого подбородка. Имелось ещё одно сходство этих существ между собой, после чего людьми назвать их было уже нельзя. Сзади, из-под зипуна, спускающегося не ниже бёдер, шевелился кольцами, двигался змеёю и щёлкал кнутом длинный, широкий и плоский хвост. Он был тёмного цвета: у одних с коричневым, у других с иссиня-зелёным отливом. Нижняя часть хвоста была светлее верхней и порой доходила до бледно-жёлтого цвета. Чешуя пластинами защищала всю длину хвоста, который оканчивался массивными клещами. В целом, этот хвост напомнил следопыту живущих под полом изб, обычных двухвосток. Когда же Искрен взлетал в седло своего скакуна, он припомнил ещё и ту тварь, что жила в клетке у колдуна...
Но в следующее мгновение ему уже было не до воспоминаний, разве что поминал он Рода, да Берегинь, что ограждают судьбу воинскую от чемеритого уранения, да карачуна лютого.
Хвостатых существ было не более двух-трёх десятков. Они лезли со всех сторон, яростно вопили и, отталкивая друг друга, старались первыми добраться до дружинников. Это лучше всего выдавало в них разбойников, добыча которых составляла именно то, что каждый из них снимет с убитого им путника. К счастью, именно это и помогало биться отряду.
Сражаясь не только оружием, которое держали в руках, но обладая гибкими хвостами, эти хвостатые тати сбивали с ног, и удерживали воинов серпообразными клещами. Искрен, вооружённый мечом и щитом, рубил направо и налево, а поток тварей всё не оскудевал. Его верный булат прорубил чью-то плохо защищённую грудь, раскроил железный шлем чудного вида и проткнул пару-тройку одежд, несмотря на нашитый на них металл и костяные пластины. Конь его храпел и норовил встать на дыбы, а хвостатые твари всё лезли и хватали его за удила. По плечам и крупу животного ручейками текла кровь.
Пластанув наискось по лицу очередного нападающего, Искрен быстро оглянулся. Везде кипел бой. Твари пытались разбить его отряд на части и добить воинов по одному.
Слева от него, бились под прикрытием друг друга два брата. Они слаженно держали оборону своих тылов и постепенно наносили врагу урон. Однако пеший Светополк бился уже в полном окружении чернохвостых. Он, несмотря на то, что был самым старым в отряде, лихо рубил конечности и хвосты своим широким полуторным мечом. Но уже явно сдавал позиции. Многоопытный оружий дядька ещё отлично стоял на ногах, когда на него буквально накатилась чёрная волна. В этой волне ещё продолжительное время мелькали меч, да нож старого воя. Искрен рванул коня в сторону Светополка, но был остановлен стеной злобы и стали.