Читаем Дни боевые полностью

— Не забывай, нам с тобой, кроме артиллерии, полагаются еще танки и авиация, — говорю я. — Ну да что об этом толковать. Давай лучше подумаем о том, как выполнить задачу наличными средствами. Как бы нам обмануть противника?

— Я считаю, что надо подготовить ночную атаку, — сказал Штыков. — Ночью огонь менее действен, да и направление удара можно скрыть.

— Надо предложить такой план командующему. А предварительно поручить нашим штабам разработать несколько вариантов ночных действий.

— Верно. Но это потом. А вот как завтра будем выполнять задачу?

— Слушай, Серафим, — назвал я его по имени, — давай не будем расстраиваться.

— Как же не расстраиваться? — с грустью посмотрел он на меня. — Вот подумай: пройдут годы, закончится война, и станем мы отчитываться перед своим народом — кто, где и как воевал. И вот, представь себе, как ты будешь отчитываться. Одни будут говорить — они сражались за Москву и отстояли ее, другие отстояли Сталинград и, больше того, уничтожили там крупные силы врага, третьи совершили еще что-нибудь такое же значительное. Ну а мы с тобой что сделали? Вторую зиму окружаем и пытаемся уничтожить демянскую группировку — и все попусту. Нервничаем, несем потери, а толку мало. Задача не выполнена...

Наша беседа была неожиданно прервана появлением командующего артиллерией армии генерал-майора  Рыжкова. Генерал прибыл к нам по поручению Военного совета.

— Я привез для вас новую задачу, — сказал он. — Штыков с этого участка переходит на другой, а вы, — обратился он ко мне, — примите дополнительно и его участок. Немедленно приступайте к смене. К утру дивизия Штыкова должна сосредоточиться здесь в лесу, в районе командного пункта. Днем вы пополните свой боевой состав за счет тылов, — сказал генерал Штыкову, — надо выжать все что можно. В батальонах у вас должно быть не менее пятисот человек.

— Товарищ генерал, такого количества я никак не наберу,— сказал Штыков.

— Должны набрать. Оголите все, вплоть до того, что на каждые десять лошадей оставьте одного повозочного.

— Товарищ генерал! — пытался еще что-то возразить Штыков.

— Не будем торговаться, — прервал его тот, — таково постановление Военного совета, и я требую от вас исполнения.

Немного подумав, генерал добавил:

— Это нужно для общего дела. У вас успеха нет, но он обозначился у Обжино, на другом участке — левее вас. Там оборона прорвана, и нашим частям удалось углубиться на два километра. Срочно нужны силы и средства, чтобы развить успех. Ясно?

— Теперь ясно, — ответил Штыков.

— А мне продолжать завтра наступление? — спросил я.

— Да. Задача вашей дивизии остается прежней — овладеть Сорокино. Но нужно по крайней мере так сковать противника, чтобы он с вашего участка не смог перебросить к месту прорыва ни живой силы, ни огневых средств.

Задача и для меня становилась ясной. Если мы со Штыковым двумя дивизиями не смогли овладеть сорокинским опорным пунктом, то одной дивизией овладеть им будет совсем не под силу. А чтобы сковать противника, надо будет обозначить наступление, не доводя его до решительных схваток.

...Рано утром, еще до рассвета. Штыков пришел ко мне подписать акт о смене и попрощаться. 

— Ну как с пополнением, наскреб чего-нибудь? — спросил я у него.

— Наскребу с сотню, а больше — где же взять?

— Ты завтракал?

— Нет, только-только с делами управился.

— Пестрецов! — позвал я адъютанта. — Организуй нам завтрак. Надо комдива проводить, а то, кто знает, когда еще встретимся.

В нашей дивизии все уважали Штыкова за прямоту, правдивость и верность соседскому долгу. Уважали и хорошо отзывались о нем не только мы, но и другие соседи.

— Завтракать так завтракать! Мне все равно! — согласился Штыков, сбрасывая полушубок и засучивая рукава.

Не знали мы, что в это зимнее утро виделись в последний раз...

На другой день дивизия Штыкова вступила в бой на новом направлении. Шла ожесточенная борьба за одну сопку на фланге прорванного переднего края. Эта сопка с крутыми скатами, занятая гитлеровцами, фланкировала участок прорыва и затрудняла развитие успеха.

Утром дивизия Штыкова взяла ее штурмом. Затем фашисты после мощного огневого воздействия контратакой восстановили положение.

При повторном штурме сопки Штыков, руководивший атакой, был убит осколком снаряда.

* * *

Второе наступление на сорокинский опорный пункт началось примерно через неделю после гибели Штыкова.

Материально наступление было обеспечено несколько лучше, чем первое, — на участок левого соседа подбросили тяжелые гвардейские минометы, нашей дивизии придали десять танков, с воздуха наступление поддерживалось звеном штурмовиков, но спланировано и организовано оно было наспех.

На место дивизии Штыкова прибыла дивизия генерала Розанова. Ей предстояло нанести лобовой удар на Сорокинo. Мы прорывали оборону по-прежнему западнее Сорокине. 

Новая дивизия долго находилась во фронтовом и армейском резерве и была хорошо укомплектована. В ее состав входил батальон морской пехоты.