Читаем Дни боевые полностью

Спустя двенадцать лет я бродил по восстановленной Старой Руссе и ее окрестностям, внимательно осматривал места прошлых боев, и мне стало более понятно, почему мы не смогли освободить тогда этот город.

Я детально ознакомился с немецкой обороной на внешнем обводе. Начав с Рабочей Слободки, севернее железнодорожного моста через р. Полисть, прошел по переднему краю весь северо-восточный сектор до Медниково включительно, протяженностью около пяти километров.

Вся первая траншея-сплошная, без каких-либо перерывов, и на всем своем протяжении насыпная. По обеим сторонам тянутся глубокие канавы. Через каждые сто метров в насыпь врезаны бетонированные ячейки на два - три стрелка или автоматчика. Толщина бетона - от тридцати до сорока сантиметров.

Сочетание бетона с грунтом вполне предохраняло не только от пуль и осколков, но даже и от прямого попадания малокалиберных снарядов. Сохранились глыбы метровой толщины от пулеметных и артиллерийских железобетонных лотов и бункеров, а также от открытых площадок для орудий прямой наводки и танков.

Впереди траншеи, вдоль скошенного луга и посевов,- рулоны колючей проволоки. Позади-огромные котлованы от разобранных блиндажей с толстыми перекрытиями. Противник с переднего-края хорошо просматривал находившийся перед ним луг и мелкий кустарник.

С переднего края в тыл к Бряшной Горе тянутся несколько насыпных ходов сообщения, связывающих первую траншею со второй линией обороны и городом.

Бетонированные ячейки сверху прикрывались гофрированными стальными листами. Железом и сталью были покрыты и некоторые наиболее важные участки насыпной траншеи.

Выпрямленные гофрированные листы я увидел на крышах, а разорванные железобетонные плиты от дотов - на фундаментах многих новостроек в Медникове и в Бряшной Горе.

Из Медниково я возвращался в город через Бряшную Гору, пересекая второй обвод обороны. Его остовом служила насыпь железнодорожной ветки, где через каждые двести метров были врезаны железобетонные пулеметные доты.

На окраинах города находился третий обвод. Оккупанты соорудили на улицах и окраинах до шестидесяти пулеметных и артиллерийских дотов, наблюдательных пунктов и бункеров. Бетонированные точки, закрывавшие подступы со стороны Бряшной Горы, высятся и сейчас.

Три железобетонных пояса перед городом, хорошо организованная оборона внутри города и прекрасное наблюдение с многочисленных колоколен и городских вышек - такова общая схема обороны Старой Руссы, которую создали гитлеровцы за тридцать месяцев своего хозяйничания в ней.

Ценой больших потерь наши войска пробивались к окраинам города, но здесь их наступление захлебывалось. Огонь обороны сметал и танки и пехоту.

Враг видел все вплоть до мельчайших подробностей и управлял своим огнем необычайно эффективно, в то время как наша артиллерия, не имея хороших наблюдательных пунктов, была слепа.

Наши танки застревали и расстреливались на подступах, а пехота, продвигаясь зимой по пояс в снегу, а весной и осенью по колено в болоте, одна, без поддержки танков, артиллерии и авиации, ничего сделать не могла.

Основная причина неуспеха августовского наступления, как мне представляется теперь, заключалась в том, что наше командование, планируя операцию, не представляло себе подлинной обороны противника.

Под Старой Руссой делалось все так же, как и в любом другом месте. Между тем здесь требовались более тщательная и длительная подготовка, высокое оснащение войск боевой техникой и совершенно другие методы прорыва, отличные от тех, которые мы применяли.

Как можно было прорвать передний край с его высокой насыпной траншеей и железобетонными огневыми точками? Наш минометный и артиллерийский огонь с закрытых позиций не смог ни разрушить его, ни даже парализовать живую силу. А если бы сюда на каждый километр прорыва выдвинуть 18 - 20 орудий прямой наводки, то никакая насыпная траншея не смогла бы устоять.

Но подавить первую траншею - это еще не все, следовало подавить и артиллсрийско-минометный огонь. Короче говоря, надо было путем концентрации боевой техники добиться превосходства в огне. Этого превосходства командование не смогло обеспечить и в результате потерпело неудачу.

Недостающую в армии боевую технику, в первую очередь артиллерию, нужно было бы пополнить за счет других объединений фронта. И, конечно, следовало добиться внезапности, а она также не была достигнута.

Старая Русса была освобождена советскими войсками 18 февраля 1944 года. Три с половиной тысячи домов было в городе до вступления в него гитлеровцев. После их ухода остались груды развалин и пепла.

Часть 2.

На Южных фронтах

Нa Днепре

B резерве Северо-Западного фронта корпус находился менее суток, а затем был передан в резерв Ставки, которая в свою очередь передала его в состав Степного фронта.

Поспешная отправка на другой фронт не позволила нашему штабу ознакомиться с новыми дивизиями.

Перейти на страницу:

Похожие книги

120 дней Содома
120 дней Содома

Донатьен-Альфонс-Франсуа де Сад (маркиз де Сад) принадлежит к писателям, называемым «проклятыми». Трагичны и достойны самостоятельных романов судьбы его произведений. Судьба самого известного произведения писателя «Сто двадцать дней Содома» была неизвестной. Ныне роман стоит в таком хрестоматийном ряду, как «Сатирикон», «Золотой осел», «Декамерон», «Опасные связи», «Тропик Рака», «Крылья»… Лишь, в год двухсотлетнего юбилея маркиза де Сада его творчество было признано национальным достоянием Франции, а лучшие его романы вышли в самой престижной французской серии «Библиотека Плеяды». Перед Вами – текст первого издания романа маркиза де Сада на русском языке, опубликованного без купюр.Перевод выполнен с издания: «Les cent vingt journees de Sodome». Oluvres ompletes du Marquis de Sade, tome premier. 1986, Paris. Pauvert.

Маркиз де Сад , Донасьен Альфонс Франсуа Де Сад

Биографии и Мемуары / Эротическая литература / Документальное
След в океане
След в океане

Имя Александра Городницкого хорошо известно не только любителям поэзии и авторской песни, но и ученым, связанным с океанологией. В своей новой книге, автор рассказывает о детстве и юности, о том, как рождались песни, о научных экспедициях в Арктику и различные районы Мирового океана, о своих друзьях — писателях, поэтах, геологах, ученых.Это не просто мемуары — скорее, философско-лирический взгляд на мир и эпоху, попытка осмыслить недавнее прошлое, рассказать о людях, с которыми сталкивала судьба. А рассказчик Александр Городницкий великолепный, его неожиданный юмор, легкая ирония, умение подмечать детали, тонкое поэтическое восприятие окружающего делают «маленькое чудо»: мы как бы переносимся то на палубу «Крузенштерна», то на поляну Грушинского фестиваля авторской песни, оказываемся в одной компании с Юрием Визбором или Владимиром Высоцким, Натаном Эйдельманом или Давидом Самойловым.Пересказать книгу нельзя — прочитайте ее сами, и перед вами совершенно по-новому откроется человек, чьи песни знакомы с детства.Книга иллюстрирована фотографиями.

Александр Моисеевич Городницкий

Биографии и Мемуары / Документальное
100 знаменитых тиранов
100 знаменитых тиранов

Слово «тиран» возникло на заре истории и, как считают ученые, имеет лидийское или фригийское происхождение. В переводе оно означает «повелитель». По прошествии веков это понятие приобрело очень широкое звучание и в наши дни чаще всего используется в переносном значении и подразумевает правление, основанное на деспотизме, а тиранами именуют правителей, власть которых основана на произволе и насилии, а также жестоких, властных людей, мучителей.Среди героев этой книги много государственных и политических деятелей. О них рассказывается в разделах «Тираны-реформаторы» и «Тираны «просвещенные» и «великодушные»». Учитывая, что многие служители религии оказывали огромное влияние на мировую политику и политику отдельных государств, им посвящен самостоятельный раздел «Узурпаторы Божественного замысла». И, наконец, раздел «Провинциальные тираны» повествует об исторических личностях, масштабы деятельности которых были ограничены небольшими территориями, но которые погубили множество людей в силу неограниченности своей тиранической власти.

Валентина Валентиновна Мирошникова , Наталья Владимировна Вукина , Илья Яковлевич Вагман

Биографии и Мемуары / Документальное
Бомарше
Бомарше

Эта книга посвящена одному из самых блистательных персонажей французской истории — Пьеру Огюстену Карону де Бомарше. Хотя прославился он благодаря таланту драматурга, литературная деятельность была всего лишь эпизодом его жизненного пути. Он узнал, что такое суд и тюрьма, богатство и нищета, был часовых дел мастером, судьей, аферистом. памфлетистом, тайным агентом, торговцем оружием, издателем, истцом и ответчиком, заговорщиком, покорителем женских сердец и необычайно остроумным человеком. Бомарше сыграл немаловажную роль в международной политике Франции, повлияв на решение Людовика XVI поддержать борьбу американцев за независимость. Образ этого человека откроется перед читателем с совершенно неожиданной стороны. К тому же книга Р. де Кастра написана столь живо и увлекательно, что вряд ли оставит кого-то равнодушным.

Фредерик Грандель , Рене де Кастр

Биографии и Мемуары / Публицистика