Читаем Дневники полностью

[Поздравляю с навязчивой идеей. Звучит как парфюм, полученный из китовых внутренностей и жира]. Химикалии — это вещи сегодняшнего дня. Сегодня я возьму столько химикалий, сколько смогу ухватить своими сальными лапами, потому что этот запах напоминает мне о тебе. Как будто говорят, что это будет в рекламе. Вчерашний аромат все ещё здесь сегодня. Я на мели. Я, обессиленный, выброшен на берег и одержим. Я должен уехать, потому что ты всё ещё здесь в моем воздухе, дразнящий моё обоняние, вторгаясь в мои воздушные волны. Ты везде на простынях и в ванной. Мой диван пропах ТОБОЙ! Ты оставила своё нижнее бельё, пальто, пластинки, книги и запах здесь, В МОЁМ месте отдыха. Там, куда я приползал умирать, как кот под дом после того, как его ударили. Лёжа и ожидая.

Дэйв Я не изобретаю интересных

(213) 654 тем для разговора.

Мне нечего сказать или спросить. Я только поддакиваю. Я в некотором смысле реакционер. Я только реагирую на то, что говорят другие. Я не думаю, а когда думаю, то забываю.

Дайте мне загробный мир Леонарда Коэна[42].


Opinion Мнение

Congratulations you have won — it’s a Поздравляю — ты победил — это

Years subscription of bad Puns — and a Многолетняя подписка на плохие

каламбуры — и

Make shift story of concern — and to Довольствуйся интересом к истории — и

Set it up before it burns — my Настрой её, пока не сгорела — моё

opinion мнение


Now there seems to be a problem here Теперь, кажется, здесь есть одна проблема

The scale of emotions seem too clear — Масштаб эмоций кажется слишком

очевидным

Now they — Rise fall like Wall Street stock Теперь они — взлётают и падают, как

акции Уолл-Стрит

And they — Have an affect on our peace talks И они — повлияли на нашу мирную

беседу

my opinion моё мнение


Законы Принудительного Размножения

ПОДАЙТЕ НА МЕНЯ В СУД

Принудительный аборт В вакцинациях отказано


[Требуется время на то, чтобы запятнать величественной, видавшей виды продвинутостью аккуратно улучшенный образ, который они когда-то представляли], теперь, столкнувшись с корпоративным трастом, объединившись в этот счастливый день, в день, давший амнистию кощунству. Я только думаю, когда вдохновение будет настолько долгожданно, как пособие, которое даётся тебе от рождения, выходит за пределы пьяных жалоб описательного языка. Вдохновленный, я качаюсь из стороны в сторону между тем, чтобы воспользоваться ситуацией, или сдаться. Самопровозглашённые судьи из журналов, преподносящие это с подобной прибылью и потенциалом уверенности, чтобы уволиться.

Так что ваши родители — подхалимы. Родители всегда были подхалимами. Так что, ваши родители действительно довольно круты? Да ну! Другие родители детей подхалимов так борются за них. Революция больше не помеха благодаря вдохновению. Сарказм вопросов Политбюро: поддержите, наши добродетельные альтернативные мнения мы должны воплотить в жизнь в первый год нашего пребывания у власти и медленно укреплять Королевство Джэксона — Брауна к концу срока. Время от времени это оправдание, чтобы задерживать мир. Мы в итоге окажемся в заднице.

Забросай яйцами своего врага. Символический плод курицы. В сторонников пожизненного заключения.


Я — 23-летний парень, и у меня лактация. Моя грудь никогда не была такой воспалённой даже после того, как меня сильно били в грудь школьные приятели-хулиганы. У них там были волосы задолго до того, как я перестал играть в куклы. Я не мастурбировал месяцами, потому что потерял воображение. Я закрываю глаза и вижу своего отца, маленьких девочек, немецких овчарок и комментаторов теленовостей, но никаких чувственных, с надутыми губами, обнажённых сексуальных кошечек, вздрагивающих в экстазе от иллюзорных позиций, появляющихся как по волшебству в моей голове. Нет, когда я закрываю глаза, я вижу ящериц и детей малолетних проституток, тех, кто был рожден деформированным, потому что их матери принимали плохие противозачаточные таблетки [в шестидесятых].

Серьёзно, я боюсь дотрагиваться до себя.


Почтение или грабёж? Мне всё равно. М-м-м. Я не знаю. Похоже, наконец, на надлежащую оценку. Есть много вещей и групп, которых есть за что благодарить. Да, и всё отстой. Слишком много компиляций сегодняшних групп, воздающих должное старым влиятельным группам. Или нет никаких хороших групп, переставших надеяться, или окончательного доступа к андеграундному П-року, вместо этого ценится всякий отстой.

Клоны стариков, и более молодое поколение никогда не слышало старых пластинок «Aerosmith» или Рода Стюарта и «Small Faces», поэтому они не ощущают плагиата у «ТЕПЕРЕШНИХ» групп, воздающих им должное (возможно) или храня им верность.


Шесть струн, 24 ноты, та же повторяющаяся гамма после 10, обычно основанная на 44 тактах сигнатура, РОК-Н-РОЛЛ: 30 лет = Истощён! АХ, «Добрые старые дни»!

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 знаменитых людей Украины
100 знаменитых людей Украины

Украина дала миру немало ярких и интересных личностей. И сто героев этой книги – лишь малая толика из их числа. Авторы старались представить в ней наиболее видные фигуры прошлого и современности, которые своими трудами и талантом прославили страну, повлияли на ход ее истории. Поэтому рядом с жизнеописаниями тех, кто издавна считался символом украинской нации (Б. Хмельницкого, Т. Шевченко, Л. Украинки, И. Франко, М. Грушевского и многих других), здесь соседствуют очерки о тех, кто долгое время оставался изгоем для своей страны (И. Мазепа, С. Петлюра, В. Винниченко, Н. Махно, С. Бандера). В книге помещены и биографии героев политического небосклона, участников «оранжевой» революции – В. Ющенко, Ю. Тимошенко, А. Литвина, П. Порошенко и других – тех, кто сегодня является визитной карточкой Украины в мире.

Татьяна Н. Харченко , Валентина Марковна Скляренко , Оксана Юрьевна Очкурова

Биографии и Мемуары
«Смертное поле»
«Смертное поле»

«Смертное поле» — так фронтовики Великой Отечественной называли нейтральную полосу между своими и немецкими окопами, где за каждый клочок земли, перепаханной танками, изрытой минами и снарядами, обильно политой кровью, приходилось платить сотнями, если не тысячами жизней. В годы войны вся Россия стала таким «смертным полем» — к западу от Москвы трудно найти место, не оскверненное смертью: вся наша земля, как и наша Великая Победа, густо замешена на железе и крови…Эта пронзительная книга — исповедь выживших в самой страшной войне от начала времен: танкиста, чудом уцелевшего в мясорубке 1941 года, пехотинца и бронебойщика, артиллериста и зенитчика, разведчика и десантника. От их простых, без надрыва и пафоса, рассказов о фронте, о боях и потерях, о жизни и смерти на передовой — мороз по коже и комок в горле. Это подлинная «окопная правда», так не похожая на штабную, парадную, «генеральскую». Беспощадная правда о кровавой солдатской страде на бесчисленных «смертных полях» войны.

Владимир Николаевич Першанин

Биографии и Мемуары / Военная история / Проза / Военная проза / Документальное