Читаем Дневник. Том 2 полностью

Взрослые девушки крестятся. В одно из воскресений (уже здесь) я была у ранней обедни у Cпаса Преображения. Причастников было очень много, кончался Успенский пост. Три священника причащали. Среди причастников я заметила человек шесть юношей лет 16, 17, 18. То же наблюдала Т.М. Правосудович во Владимирском соборе на Петроградской стороне. Тяга к Богу, к высшему идеалу и подвигу пробудилась в молодежи, очевидно, захватила такой большой круг людей, что это перепугало власть имущих, и они воздвигли поход против веры в Бога, против христианства. Чего, чего только не пишут! Я думала, что Маленков умнее. Как он не понимает, что гонение на религию вызовет усиление религиозного направления. Что искренне верующие пойдут с радостью на подвиг. И что верующие не пойдут убивать и насиловать.

Я спросила весной Никиту Толстого, чем объяснить такой сильный ход назад по всем направлениям советской культуры? Человек, пробыв долгое время связанным по рукам и по ногам, почувствовал некоторое ослабление своих пут и попытался распрямить члены. Это испугало. Пономаренко сослали на целину, а на смельчака надели старую узду и подтянули подпругу.

Я считала Маленкова дальновиднее.

Газета «Печорская правда», чтобы не отстать от других в антирелигиозной пропаганде, напечатала несколько статей в кабацком вкусе и целый ряд ею сфабрикованных пословиц. Запомнилась одна: «Попу и вору все впору»[630].

А мы-то ждали весну…

От уехавших на целинные земли приходят невеселые слухи.

2 сентября. «А что Он пребывает в нас, узнаем по духу, который Он дал нам» (Первое послание ап. Иоанна. Гл. 3, 24). И вот в Печорах я очень чувствовала этот дух, Божий дух в себе, тишину церковную в душе, и так не хочется этого терять. Надо держать себя в руках, не обращать внимание на многое, на все то, что могло бы нарушить эту душевную тишину.

8 сентября. По старому стилю 26 августа. Владимирская[631], Ларинский праздник, годовщина Бородина.

Милое, милое Ларино.

22 сентября. Была у меня на днях Анна Андреевна, недавно приехавшая из Москвы. Она, пожалуй, еще пополнела, немного постарела. Мне всегда больно, когда время неуважительно накладывает свою печать на красивые лица.

У мужчин часто с годами лица облагораживаются, у женщин старость может быть благообразна, но… и только.

Анна Андреевна рассказала тот случай с английскими студентами, о котором я слышала только сплетни.

В апреле этого года в Ленинград приехала делегация английских студентов и пожелала встретиться с Зощенко и Ахматовой. А.А. всячески отказывалась от этого свидания, когда из Союза писателей ей позвонили об этом; «посадите вместо меня какую-нибудь старушку», – просила она, но все же пришлось идти. В зале на эстраде стояло только три стула – для Саянова, Зощенко и Ахматовой. Среди англичан были, по-видимому, знающие русский язык, так как они попросили, чтоб им дали возможность разбиться на группы и лично поговорить с писателями, которые их интересуют. На это им ответили отказом, они могут говорить только через переводчика.

Они спросили Зощенко, как он отнесся к словам Жданова и к постановлению 46-го года и принесли ли они ему пользу.

Зощенко ответил, что он ни с чем не был согласен. В первые годы советской власти еще живы были мещане, он их и высмеивал. Он не видит, какую пользу могло ему принести пресловутое постановление. Его слова были встречены громом аплодисментов.

То же самое спросили у А. Ахматовой. «Зачем я буду выносить сор из избы, все эти люди – враги нашей страны», – подумала она и коротко ответила, что согласна и с тем и с другим. Гробовое молчание было ответом на ее слова. Саянов[632]

В заключение англичане сказали: «Запрещенные у вас произведения Ахматовой и Зощенко пользуются у нас большим успехом».

Этот случай вызвал много толков, одни обвиняли Ахматову в трусости, другие превозносили ее патриотизм[633].

22 сентября. Вера Агаркова, Галина подруга, говорит по телефону: она очень занята, много уроков, а теперь ей поручили, в виде общественной нагрузки, вести занятия в комсомольской организации на тему «возникновение христианства»!

Вера, распутная, пьянствующая девка, вульгарная и бесцеремонная, подчинившая себе Галю и имеющая на нее самое отрицательное влияние. И она будет вести антихристианскую пропаганду! И она кандидат партии!

13 октября. 19 сентября приехал совсем неожиданно Вася для свидания с режиссером из Молотова (Перми) и пробыл до 24-го. Жил он у меня, у Наташи установились с ним товарищеские отношения, дети были ему рады, так что все было благополучно в этом отношении. Но приехал без копейки денег. Мне же пришлось для его отъезда занять 100 рублей. Как можно так жить в его годы, не понимаю. Он привез разные слухи из Москвы, другие от Никиты, третьи от Лобова, сына Ворошилова от первой жены, с которым дружна Рада[634].