— Видите ли… — Матвеев замялся. — Эксперты говорят, что этот человек умер естественной смертью, ведь нет никаких признаков насильственной… Но я, честно говоря, им не верю. Точно так же, как в случае с той библиотекаршей… Кстати, вы не находите, что два этих случая — один в один, как под копирку? В общем, я не верю.

— Правильно не верите, — усмехнулась Зина. — Никакая это не естественная смерть!

— Тогда, значит, завтра с утра? Сможете подойти к моргу часов в девять?

— Хорошо, — кивнула Крестовская. — Да, кстати, а книгу вы нашли? Где она? Можно на нее взглянуть?

— Какая книга? — Матвеев удивленно уставился на нее.

— Ну как же, у старика под пальто была книга! — воскликнула Зина. — Старинная, в переплете из темно-коричневой кожи. Вы что, издеваетесь? Как вы могли ее не найти?

— Это вы издеваетесь! — вспыхнул Матвеев. — Никакой книги не было!

— Как это не было? — оторопела Крестовская. — Я же ее своими глазами видела! Даже раскрыла, текст посмотрела. Там страницы склеены были! И мне еще показалось, что некоторые страницы из нее вырваны!

— Так… А вот с этого момента давайте поподробнее! — Матвеев стал совершенно серьезным. — Расскажите мне все, что вы видели.

Зина стала говорить. По мере ее рассказа лицо его мрачнело все больше и больше, пока в конце концов, не превратилось в грозовую тучу.

— Книгу кто-то забрал, пока вы были внизу с вахтером, — резюмировал Матвеев. — Как же вы не догадались забрать ее с собой?! — воскликнул он, не сдержавшись.

— Я и не собиралась этого делать! — мотнула головой Зина. — Эта книга выглядела очень странно… Я подумала, что лучше ее не трогать.

— Ладно, — вздохнул Матвеев, — что уж теперь говорить. Увидимся на вскрытии.

Тело старика погрузили на носилки и вынесли из аудитории. Эксперты свернули свои чемоданчики и вышли следом.

— Я хочу здесь еще немного побыть, — сказала Зина, после того как стало ясно, что Матвеев собирается уходить вместе со всеми. — Одна. Посмотреть хочу еще.

— Да нечего здесь смотреть, — махнул рукой Матвеев. — Мы здесь все обшарили, что только можно.

— А я все-таки попробую, — настаивала Зина.

Он пожал плечами и вышел. Крестовская осталась одна. Страха не было — наоборот, Зина чувствовала такой прилив эмоций, что сама себе напоминала гончую, идущую по следу. Она поднялась на самый верх, к скамье, где сидел убитый старик.

Смотреть там действительно было нечего. Ни на полу, ни под скамьей, ни под столом ничего не было. Зина спустилась на ряд ниже — снова ничего. Затем, вообще не понимая, что делает, она стала спускаться по всем рядам все ниже, старательно осматривая пространство между сиденьями, пол, всевозможные щели в скамье, заглядывая под столы…

Спустившись к третьему ряду, в узкой щели между скамьей и полом Зина вдруг увидела что-то непонятное: узкую полоску желтоватого цвета. Опустившись на колени, она поняла, что это какая-то бумажка, угодившая прямо в щель. Вытащить ее руками было невозможно. К счастью, Матвеев оставил ей ключ от аудитории, велев запереть, когда все закончит, и принести ключ в морг.

Зина помчалась в лабораторию, взяла там скальпель и тончайший медицинский пинцет. Подрезав доски пола скальпелем, она пинцетом вытащила… обрывок старинной книжной страницы. Каким-то чутьем Крестовская сразу поняла, что это страница из той самой книги…

Рисунок, сохранившийся на обрывке, был выполнен в старинном стиле, в желтых и красных тонах. На нем был изображен веселый чертик, на которого был накинут большой красный халат, напоминающий облачение священника. Одной рукой чертик протягивал скипетр, а другой бил в колокол, держась за веревку. Перед ним на коленях стояла толпа людей и тоже протягивала к нему руки.

Чертик улыбался до ушей. Ниже виднелась надпись, которую было сложно разобрать. В конце концов Зине удалось прочитать: «АНГЕЛ-ГУБИТЕЛЬ». Теперь она прекрасно знала, что следующей ее целью будет поход в библиотеку, чтобы понять, что это может быть за книга.

Спрятав обрывок страницы в сумку, Крестовская вышла из аудитории.

Глава 7

Было странно вновь чувствовать разлитый в воздухе формальдегид. Переступать порог, за которым было похоронено столько прошедших дней. Серые стены, плитки пола… Зина споткнулась, остановилась у порога, побелевшими пальцами вцепилась в косяк двери. Она была похожа на утопающего, хватающегося за спасательный круг. От кого хотела она спастись? Или кого-то спасти?…

— Скучаете? — по-своему истолковал ее нерешительность Матвеев.

И в самом деле — Крестовская сама себе не могла объяснить, что с ней происходит. Что же сказать, чтоб было понятно ему?

— Нет, — решительно мотнула она головой, — не скучаю.

И тут же, боясь, что это может выглядеть слишком резко, поспешила добавить:

— Просто я уже очень давно не проводила вскрытия. Боюсь не справиться.

— Чепуха! — беззлобно хохотнул Матвеев. — Тот, кто однажды вошел в эти стены, запоминает такое на всю жизнь.

Зина поразилась, как точно он сформулировал то, о чем на самом деле не имел ни малейшего представления.