Читаем Дневник Мелани Вэйр полностью

– У него свои критерии отбора. Кто-то может пригодиться здесь и сейчас, зато в будущем создать кучу проблем со своей гениальностью. Кто-то придется к месту позже, поэтому они живут чуть дольше.

– Кошмар какой-то!

Я просто не могла поверить в то, что существо, сколь бы расчетливым и циничным оно ни было, способно оценивать всех только по степени пользы для себя. Какая ужасная у него, должно быть, жизнь. Если можно назвать это жизнью.

– Послушай… – я не знала, с чего начать, потому что боялась, что она просто-напросто меня пошлет. Пока я в холодном поту комкала дорогущее покрывало, подбирая слова, Дэя все сказала за меня.

– Хочешь попросить меня спрятать Сэта от Дариана?

– Да, – не сказать, чтобы я вздохнула с облегчением – скорее наоборот, напряженно замерла, ожидая ответа.

– Нет.

Разочарование нахлынуло волной, смывая все надежды на наше перемирие и на возможность более-менее нормального общения. И я правда неисправимая дура. Чтобы до меня дошло, нужно раз сто ткнуть меня носом в лужу и напоследок пнуть ногой.

– Почему же? – я поразилась спокойствию, прозвучавшему в собственных мыслях.

– Я не обязана тебе ничего объяснять, Мелани.

– Да пошла ты!

Я резко вскочила с кровати, напоследок рванув покрывало так, что оно жалобно треснуло. Эмоции зашкаливали, и я с трудом удержалась от желания расколотить что-нибудь из безумно дорого интерьера. Например, стул рядом с туалетным столиком, который по моим ощущениям весил целую тонну и стоил, как крыло от боинга.

Я чувствовала, что она хочет меня остановить: как если бы я была женской версией терминатора, и во мне сбоила программа. Движения становились то резкими и отчаянными, то я передвигалась, как в замедленной съемке. В конце концов я все-таки добралась до ванной, вцепилась в края раковины, глядя на себя в зеркало. Меня трясло, сердце колотилось в бешеном ритме, я задыхалась, но понимала, что одержала победу. Впервые за долгое время я осознанно «сделала» Дэю.

– Ты слабеешь, – прошипела я, – не знаю, почему, но ты слабеешь. Неужели я о многом прошу, а, Дэя? Чуточку откровенности – не такой, когда на меня вдруг обрушиваются твои мысли, а добровольной. Поговорить по душам, поделиться тем, что тебя действительно тревожит. Например, почему это происходит с нами? Почему ты теряешь, а я обретаю? Капельку сострадания к человеку, чья жизнь висит на волоске. Ведь я даже не о себе прошу. Неужели это так много?

Боль снова пронзила голову, и я уже знала, чем все это закончится. Ещё до того, как пошла кровь, я услышала жесткое и безэмоциональное:

– Ты пожалеешь.

Так значит? Я не собиралась сдаваться. Мне пришлось приложить все усилия, чтобы вновь перехватить инициативу и ответить вслух.

– Посмотрим.

Боль стала невыносимой: взорвавшись в висках, она кровью потекла по лицу, пульсируя в напряженных жилках. Пальцы разжались, и я потеряв сознание, рухнула прямо на пол в ванной.

Запись двадцать пятая. 10 октября, 9:40

Пишу о том, что замечательного произошло за последние полтора суток.

Первый плюс – я не разбилась вхлам, когда упала в обморок после ментальных баталий с Дэей, кровью не истекла. И не превратилась в овощ, что тоже хорошо. Не знаю, стоит ли это считать отдельным бонусом, но я рада. Очередной, несомненный: она отключилась вместе со мной, и вот это просто вау! Раньше, когда меня выкидывало, Дэя хозяйничала, как хотела. На этот раз очнулись мы вместе, и кровь тряпочкой тоже подтирали вместе.

Потом она, правда, ушла, ни о чем меня не предупредив.

В этой части будет и о плюсах, и о минусах.

Утро нового дня у меня выдалось замечательным: в кои-то веки я одна встречала рассвет, глядя на стремительно светлеющую воду, на гаснущие огни и на переливающийся на солнце шпиль Спейс-Нидл. Я не представляла, сколько мне отпущено свободы, а потому хотела насладиться ей по полной. И не только насладиться.

Записи по предстоящему Дэя хранила в специальном контейнере, размером с приличный несгораемый сейф. Этот ящик мне не давал покоя долгое время – с того дня, как нам его доставили, и я несколько раз порывалась туда залезть, но тщетно. Разве что взрывать динамитом.

Код замка в памяти тоже всплыл совершенно спонтанно. Я увидела только парочку рассыпающихся в прах страниц, каждая из которых была запечатана в саркофаг под стеклом, и испытала леденящий душу восторг. Теперь я понимаю археологов, правда. Возможность прикоснуться к Древности, к достижениям цивилизаций, людей, которые жили задолго до тебя, бесценна.

Разумеется, я не поняла ни строчки, но я держала эти страницы в руках! Сколько времени должно пройти, чтобы в мое сознание просочились ключи к разгадке, или знание «мертвых» языков, я не знала, поэтому только поглазела на древние записи и вернула их назад, закрыла крышку и пошла завтракать.