Читаем Дневник космонавта полностью

Коррекцию выполнили, двигатель грузовика включился мягко — ускорение небольшое, так как он тормозил всю связку: станция + наш транспортный корабль. Перегрузку смотрели по палехской матрешке, которую взяли с собой как сувенир для французского космонавта. Перед включением двигателя мы ее, если можно так сказать, поставили перед собой в воздухе. Когда двигатель включился, наша матрешка, плавно набирая скорость, полетела на нас к отсеку научной аппаратуры. Следом за ней из переходного отсека вылетели кинокамера и противогаз и ударились о Толину голову, он аж вскрикнул. Посмеялись. Все прошло спокойно. Сейчас проходим над Курильскими островами, они вытянулись стрункой к югу. Панорама облачного покрова сопок вулканов, покрытых снегом, какая-то здесь северная, холодная. Облачность в виде огромных шкур белых медведей, с сероватым оттенком. Были еще облака белые с черным. Это структура мелких облаков, объединенных в одно большое облако, а темный цвет — это в просветах вода океана. Очень красив суровый, холодный вид этих облаков, кажется, что они хотят укрыть землю огромными своими телами. Немного захватили Камчатку, видно много вулканов. Сказочное, величественное зрелище — эта дальнобойная артиллерия недр Земли. Они, как пирамиды, стоят на Земле, направив в небо свои жерла с большим количеством граней по склонам, хорошо подчеркиваемых снегом.

Пообедали. Настроение хорошее, шутим и говорим, благодать в космосе: буфет работает круглосуточно, правда, кухня имеет перерыв. Успеваем делать только один раз физо в течение дня — или днем, или вечером, так как много работы. К сожалению, Земля ничего не может сделать, чтобы разгрузить нас, да и сами мы не очень хотим этого. Во время физ упражнений вместо музыки с магнитофона слушали лекции Козлова по геологии: очень интересно и полезно иметь курс лекций на пленках.

Сегодня в Центр управления полетом приезжал товарищ Густав Гусак, слушал наш сеанс связи, но на связь не выходил с нами, он передал нам привет и поздравления, мы передали ответную радиограмму: «Уважаемый товарищ Густав Гусак! Спасибо за поздравления. Нам было приятно получить его на борту орбитального комплекса „Салют-7“. Желаем Вам доброго здоровья, успехов в большой государственной работе на благо чехословацкого народа и советско — чехословацкого братского социалистического содружества. Экипаж Березовой, Лебедев».

Сейчас загорал: интересно — лицо над Канарскими островами, тело — над Африкой. Любовался закатом в Индийском океане, вошли в тень над Мадагаскаром и встретили восход солнца над Америкой.

Написали плакат: «Буфет открыт круглосуточно, набирай, пожалуйста». Вечером пришла радиограмма: позвонить тестером разъем клапана выравнивания давления большой полости стыковочного узла. Надел тестер, оказалось, что батарейки сели. Пришлось собирать батарейки из имевшихся на борту ртутно-цинковых элементов. Подсоединили к тестеру и цепь прозвонили. Горит лицо, посмотрел в зеркало, а оно у меня красное: дорвался до солнышка на африканском пляже. Эхе-хе, пора спать.

3 ИЮНЯ

Ночью просыпался. Вчера опять легли в час ночи. День был сумбурный. Помимо серьезных медицинских экспериментов, дают и мелочь, которая тоже нужна, но требует не меньше времени. Причем раздражает одно — врачи очень пекутся о нашем здоровье, а как им дадут медицинский день — наваливаются скопом и забывают о нашем режиме. А вечером приходит руководитель медицинской группы и спрашивает: «Сколько спите? Сколько раз делали физо?». Настроение к концу дня совсем испортилось.

4 ИЮНЯ[4]

Сегодня день расстыковки с грузовиком. В любой профессии, а особенно в нашей, уверенность должна быть разбавлена сомнениями. Просыпались опять три раза, но голова не болит. Встали в 7-40, а в 7-42 начало динамики, то есть включение двигателей ориентации. Вскочили и прямо в нижнем белье начали управлять станцией. В 9 часов выполнили расстыковку с грузовиком. Смотрел и снимал отход.

Отошел он медленно за счет срабатывания пружинных толкателей и двигателей. Ощущение было полной для него безысходности — неживой корабль, висел вяло, поворачиваясь с остаточными скоростями на фоне черноты космоса, а потом на фоне проплывающей Земли.

В зто время провели измерения аппаратурой «Астра» некоторых характеристик газового облака вокруг станции, эта атмосфера удерживается около нее, как на любой планете, а вот как ведет себя и распределяется, еще непонятно. Это зависит от конфигурации станции, от того, сколько кораблей в связке, от материалов покрытий, типа топлив и динамики движения. Парадокс: создавая космическую технику, чтобы уйти за атмосферу, не предполагали даже, что искусственные аппараты под воздействием космоса сами окажутся уже в плену собственной атмосферы. Так возникла новая проблема и необходимость познать ее, чтобы в полной мере использовать условия космоса для исследований и наблюдений.