Читаем Дневник космонавта полностью

Встал, вышел на связь, доложил, что готовы к перекачке топлива. Люки СУПРК (стыковочного узла) и РОПРК (промежуточной камеры) закрыты. А почему так хотелось спать? Вчера опять легли в 2 часа. Дело в том, что в 12 часов ночи надо было закрывать люки — хвать, а ключа от люка СУПРК нет. Был в ПРК, видели его, подвязывали, чтоб не уплыл. И нет. Обыскали промежуточную камеру, грузовой корабль, думали, может, туда заплыл, все осмотрели — ключа нет. Аж в испарину ударило. Не можем закрыть люк. По рекомендациям в книге «Срочное покидание станции» начали искать второй ключ, где он находится. Второй ключ должен быть в переходном отсеке, в сумке принадлежностей для стыковочного узла. Смотрим — а там нет. Стали думать, где он может быть возможно, отвязался и уплыл при загрузке грузовика, и там попробуй найди его за отработанным оборудованием. Для этого надо по новой все вытащить из грузовика. А может быть, он уплыл за панель станции, тогда надо вскрывать все панели, чтобы его найти на вентиляторах, куда ключ могло пригнать потоком воздуха. А уже ночь, спать хочется, завтра работать, а тут такая напасть. В общем, я ищу второй ключ по документации в транспортном корабле и в переходном отсеке, а Толя по грузовому кораблю лазает и за нишами станции смотрит. Нет ключа. Уже час ночи я говорю: «Пошли спать, пока закрой свой люк со стороны станции командой с пульта управления, а завтра будем докладывать, что так обмишурились». Толя говорит: «Давай еще посмотрим в ПРК». Стали снова каждый уголок смотреть — ни ключа, все на глазах, а ключа нет. Вдруг Толя говорит: «Куда эта веревочка ведет?» Потянул и вытаскивает ключ из поворотного механизма люка стыковочного узла. Видимо, когда лазили в грузовик, задели его он всплыл и спрятался за ограждение, специально предназначенное для защиты поворотного механизма от посторонних вещей. Анекдот, да и только.

Да, когда утром выходили на связь, слышим трели соловья, Земля напомнила нам о начале лета пением птиц в записи. К этом витке, не доходя до территории Союза, пересекали Средиземное море и уходили в направлении Аравийского полуострова. Было утро, наша страна оставалась слева на горизонте, в дымке начинающегося там утра. И панорама Земли и соловьиная трель с кукушкой в эфире среди треска радиопомех, писка, шумов, английской и итальянской речи звучали символично, как будто хор птиц заполнил весь земной шар.

День прошел хорошо. Провели дозаправку топливом и некоторые тестовые проверки аппаратуры. Смотрели Миссисипи — красивая река. Вдоль всего русла до самого побережья океана по берегам все распахано — поля и поля, а при подлете к ней видели озера, конфигурацией напоминающие листья столетника, а одно, как гидра, со стреловидной головой, обязательно надо сфотографировать. В дельте Миссисипи вдоль берега зеленовато-бирюзовые разводы, которые оттеняют желтые выносы реки. В северной части Африки видел огромную пятиконечную звезду на суше, выветренную из горных пород. А в середине звезды красный песок. Удивительны творения природы. Вечером закончили разборку вещей, сделали их опись. Сейчас полил растения в «Оазисе». У нас уже горох и овес сантиметров 20 в высоту, упираются в светильники. Опустил сосуды ниже упора, чтобы им было куда расти. Усы у гороха стали закручиваться, глядишь, и стручки появятся.

2 ИЮНЯ

Сплю плохо, сон поверхностный, как в полудреме, все помнишь, но встал, голова не болела. Ночью прилично замерз. Утром подплыл к приборной доске, смотрю — температура 18 градусов, включил нагревательные вентиляторы первый и четвертый. Принял туалет. Встал Толя, спросил его: «Как поспал?» — говорит, что спит тоже плохо и замерз. Вышли на связь, сегодня день напряженный, две коррекции орбиты с помощью грузового корабля. Будем понижать орбиту для встречи с французами до 300 км, а у нас сейчас высота орбиты 350 км.