Читаем Дневник историка (2015–2018) полностью

Атмосферное давление продолжает расти, это сказывается на работоспособности. Вроде бы покончил с отчетами, однако не уверен, что все сделал по «фановскому канону». Кирилл поведал, что Президиум РАН и ФАНО разослали новое послание о необходимости в академических институтах провести очередную переаттестацию научных сотрудников. Надеюсь, что эта напасть нас минует, ибо в ИРИ такую переаттестацию провели в июне сего года. Тем не менее в наше время может быть все. Вместо рационального планирования программ научных исследований и их финансирования эти инстанции занимаются сугубо бюрократическими вещами. Кстати, Центру во вторник предстоит утверждение ряда новых исследовательских тем, ибо ФАНО грозит сократить финансирование. Такую ситуацию раньше вообще нельзя было представить. С одной стороны, идет сокращение финансирования РАН и научных фондов (к слову, РГНФ вообще слили с РФФИ), а с другой – власти щедро «подкармливают» «Сколково», до которого наконец добралась Счетная палата. В результате Счетная палата выявила много «интересных» вещей, связанных, в частности, с оплатой труда бюрократической верхушки. Аналогичная картина наблюдается и во многих вузах. Но самое главное состоит в том, что «Сколково» так до сих пор не стало аналогом американской «Силиконовой долины», о чем уже многие годы твердят инициаторы его создания. С самого начала было ясно, что «подкоп» под РАН ни к чему хорошему привести не может, ибо все эти затеи изначально были лишены здравого смысла. То же самое можно сказать относительно бездумного реформирования высшего и среднего образования, а также здравоохранения. Разумеется, истоки всех внутренних и внешних неурядиц своими корнями уходят в конец 1980-х – начало 1990-х гг., когда «старо-новые архитекторы» попытались «перестроить» сверху донизу сформировавшуюся систему общественных отношений в тренде ее мнимой демократизации. Что из этой попытки получилось большинству (исключение составляет небольшой процент населения) удалось прочувствовать на собственной шкуре. Опыт истории убедительно показывает, что разрушать веками создаваемые империи чревато трагическими последствиями. Для меня это весьма больная тема, ибо крушение СССР самым непосредственным образом сказалось на состоянии науки и образования.


24 октября

Избирательная кампания в США продемонстрировала глубину морально-нравственного падения т. н. американской политической элиты. Конечно, право американских избирателей сделать тот или иной выбор во время голосования, но было бы справедливо, если бы они забаллотировали обоих кандидатов в президенты США, чтобы избежать позора, который будет преследовать их на протяжении последующей истории страны. Вообще же, в период после Второй мировой войны наблюдается общемировая тенденция к размыванию морально-нравственных принципов, к проявлению разного рода порочных наклонностей. В результате пространство Добра продолжало сужаться, а пространство Зла разрастаться. Важная роль в закреплении этой тенденции принадлежала борьбе за мировую гегемонию между США и СССР. После распада СССР на мировой арене остался единственный гегемон – США, что привело к тому, что политическая элита этой страны возомнила себя особой кастой, единственно способной навязывать свои правила игры всему остальному миру. Причем дело дошло до того, что для реализации своих глобальных целей американская политическая элита не исключает возможности ядерной войны. Одно лишь допущение этой безумной мысли свидетельствует о состоянии морально-нравственного облика этой элиты. Едва ли нужно доказывать, что после развала СССР и Варшавского пакта исключительно по инициативе США была буквально взорвана политическая стабильность в целом ряде регионов земного шара, разрушены целые государства, возросла угроза третьей мировой войны. Трагические события в Ираке, Ливии, Сирии – это яркая иллюстрация американской политики последних десятилетий.

Помимо провоцирования открытых кровавых конфликтов, США активно проводят вербовку своих адептов и агентов на всех континентах. При этом используется одна и та же приманка – «права и свободы личности», «развитие и упрочение демократических институтов». К сожалению, на эту наживку в разных странах, в том числе и России, попалось определенная часть населения, которая искренне привержена свободе и демократии. Однако оказалось немало и тех, кто под прикрытием этих лозунгов пробрался к рычагам политической и экономической власти. В 1990-е гг. сущность тех и других раскрыта в их конкретных действиях.

Вечером узнал о результатах выборов в Историко-филологическом отделении РАН. Из историков в первом туре прошли Беляев, Бондарев, Бородкин, Христофоров, Черкасов. Юра Петров недобрал одного голоса (25), а во втором туре он получил уже 16 голосов. Жаль, что так получилось. Юра по всем параметрам достоин звания члена-корреспондента РАН. Его избрание было крайне важно для престижа ИРИ РАН.


25 октября

Перейти на страницу:

Похожие книги

10 гениев бизнеса
10 гениев бизнеса

Люди, о которых вы прочтете в этой книге, по-разному относились к своему богатству. Одни считали приумножение своих активов чрезвычайно важным, другие, наоборот, рассматривали свои, да и чужие деньги лишь как средство для достижения иных целей. Но общим для них является то, что их имена в той или иной степени становились знаковыми. Так, например, имена Альфреда Нобеля и Павла Третьякова – это символы культурных достижений человечества (Нобелевская премия и Третьяковская галерея). Конрад Хилтон и Генри Форд дали свои имена знаменитым торговым маркам – отельной и автомобильной. Биографии именно таких людей-символов, с их особым отношением к деньгам, власти, прибыли и вообще отношением к жизни мы и постарались включить в эту книгу.

А. Ходоренко

Карьера, кадры / Биографии и Мемуары / О бизнесе популярно / Документальное / Финансы и бизнес
След в океане
След в океане

Имя Александра Городницкого хорошо известно не только любителям поэзии и авторской песни, но и ученым, связанным с океанологией. В своей новой книге, автор рассказывает о детстве и юности, о том, как рождались песни, о научных экспедициях в Арктику и различные районы Мирового океана, о своих друзьях — писателях, поэтах, геологах, ученых.Это не просто мемуары — скорее, философско-лирический взгляд на мир и эпоху, попытка осмыслить недавнее прошлое, рассказать о людях, с которыми сталкивала судьба. А рассказчик Александр Городницкий великолепный, его неожиданный юмор, легкая ирония, умение подмечать детали, тонкое поэтическое восприятие окружающего делают «маленькое чудо»: мы как бы переносимся то на палубу «Крузенштерна», то на поляну Грушинского фестиваля авторской песни, оказываемся в одной компании с Юрием Визбором или Владимиром Высоцким, Натаном Эйдельманом или Давидом Самойловым.Пересказать книгу нельзя — прочитайте ее сами, и перед вами совершенно по-новому откроется человек, чьи песни знакомы с детства.Книга иллюстрирована фотографиями.

Александр Моисеевич Городницкий

Биографии и Мемуары / Документальное
100 Великих Феноменов
100 Великих Феноменов

На свете есть немало людей, сильно отличающихся от нас. Чаще всего они обладают даром целительства, реже — предвидения, иногда — теми способностями, объяснить которые наука пока не может, хотя и не отказывается от их изучения. Особая категория людей-феноменов демонстрирует свои сверхъестественные дарования на эстрадных подмостках, цирковых аренах, а теперь и в телемостах, вызывая у публики восторг, восхищение и удивление. Рядовые зрители готовы объявить увиденное волшебством. Отзывы учёных более чем сдержанны — им всё нужно проверить в своих лабораториях.Эта книга повествует о наиболее значительных людях-феноменах, оставивших заметный след в истории сверхъестественного. Тайны их уникальных способностей и возможностей не раскрыты и по сей день.

Николай Николаевич Непомнящий

Биографии и Мемуары
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное