Читаем Дневник историка (2015–2018) полностью

Ночью еще раз просматривал структуру статистического сборника. Над ней следует продолжить работу.

Сегодня смотрел одно из заседаний Петербургского экономического форума, на котором выступали Путин, Назарбаев и премьер-министр Италии. Путину американский модератор задавал много вопросов. Президент ответил весьма достойно.

Матч Италия – Швеция был малоинтересным и закончился со счетом 1:0 в пользу итальянцев.


18–19 июня

Вчера наконец съездили на Хованское кладбище (Дойникова, Иванов, я), навестили Пашу. На душе стало легче.

Смотрел некоторые итоговые репортажи с Петербургского экономического форума. Заключено немало деловых контрактов, ибо бизнес сильнее любой политики. Представители ЕС ворчат, но сотрудничество с Россией не прекращают, понимая, что ситуация благоприятствует для заключения выгодных сделок. Наши политики и экономисты твердят о благотворности санкций, якобы способствующих налаживанию собственного производства. Парадокс на парадоксе. Спрашивается: кто же мешал все это сделать до введения санкций? Видимо, уже сформировалось устойчивое убеждение в том, что на нефтяной и газовой долларовой игле удастся продержаться до бесконечности, что все можно купить за рубежом. Вольно невольно получается, что санкции выявили нерациональность всего прежнего экономического курса, а после их введения вдруг у правящей бюрократии раскрылись глаза, и она во все лопатки бросилась наверстывать упущенное время для создания национальной экономики. Удивляюсь, что бюрократы никак не могут понять, что создание любых моносистем, включая ВТО, в перспективе чревато стагнацией и всеобщим мировым экономическим и финансовым кризисом. Формирование мощных национальных экономик ни в коей мере не означает их изолированность друг от друга. Более того, их взаимная конкуренция позволяет избежать всеобщего коллапса. Также являются нерациональными любые «моно» и в других сферах жизнедеятельности и жизнеобеспечения. По сути, идея всеобщей глобализации – это сотворение очередного мифа о возможности миновать мировые экономические и финансовые кризисы. Действительно, в данных формах мировая экономическая и финансовая система достигла своего предела, требуется изменить формы ее организации. Примерно такая же ситуация, правда, в рамках прежде всего европейских реалий, сложилась накануне Первой мировой войны, после которой потребовался целый цикл трансформаций, в результате чего сформировались две полярные политические и экономические системы. После Второй мировой войны потребовался новый цикл трансформаций, в результате которых обновленная западная модель переустройства мира продемонстрировала свою эффективность и привлекательность. После крушения мировой социалистической системы потребовался очередной цикл глобальных трансформаций. Однако победившая западная модель мирового развития еще далеко не избавилась от родимых пятен прошлых циклов. Более того, победители, утратив чувство реальности, решили весь мир перестроить под свою, а точнее, американскую, модель мировидения. Современная американская идея глобализации предполагает «переплавку» национальных экономик в единую мировую экономику. Эта идея витала и на Петербургском форуме. Глобализация по-американски означает и «переплавку» национальных государств и их институтов. Развитие мира по одной модели с неизбежностью заведет его в очередной тупик, выходом из которого может стать третья мировая война. Я уже не раз писал о губительности разных типов моновариантов общественного развития, которые уже не раз приводили человечество на грань катастрофы. Сама природа демонстрирует вариативность развития. Это всецело должно относиться и к общественным формам развития. Перекройка мира по американскому, либо по какому-либо иному образцу бесперспективна, и это надо раз и навсегда всем усвоить. В противном случае мировое развитие будет идти по одному и тому же порочному кругу.


20 июня

Вчера в гости приезжали Костя и Кирилл. Костя рассказал о своих поездках в Китай, Корею и Вьетнам. Обсудили ряд текущих проблем.

В воскресение СМИ сообщили о гибели 14 подростков в пионерском лагере в Карелии, они утонули на озере. Кругом царит безалаберность и безответственность. Несмотря на предупреждения о неблагоприятных погодных условиях, детей отправили на четырех лодках на экскурсию по островам. Одна лодка перевернулась. Чудом удалось спастись одной девочке, которая и сообщила о случившемся. Неизвестно, были ли в курсе руководство лагеря и соответствующие службы о предстоящей экскурсии. Как всегда, начались разборки и сетования. В СМИ было сказано, что в Карелию даже прилетел министр МЧС Пучков. Сегодня в Москве и Карелии объявлен траур по погибшим. В России никаких уроков не извлекают, все идет по одному и тому же сценарию: за очередной катастрофой или несчастным случаем следуют проверки и разного рода поучения. Однако ничего не помогает.

Перейти на страницу:

Похожие книги

10 гениев бизнеса
10 гениев бизнеса

Люди, о которых вы прочтете в этой книге, по-разному относились к своему богатству. Одни считали приумножение своих активов чрезвычайно важным, другие, наоборот, рассматривали свои, да и чужие деньги лишь как средство для достижения иных целей. Но общим для них является то, что их имена в той или иной степени становились знаковыми. Так, например, имена Альфреда Нобеля и Павла Третьякова – это символы культурных достижений человечества (Нобелевская премия и Третьяковская галерея). Конрад Хилтон и Генри Форд дали свои имена знаменитым торговым маркам – отельной и автомобильной. Биографии именно таких людей-символов, с их особым отношением к деньгам, власти, прибыли и вообще отношением к жизни мы и постарались включить в эту книгу.

А. Ходоренко

Карьера, кадры / Биографии и Мемуары / О бизнесе популярно / Документальное / Финансы и бизнес
След в океане
След в океане

Имя Александра Городницкого хорошо известно не только любителям поэзии и авторской песни, но и ученым, связанным с океанологией. В своей новой книге, автор рассказывает о детстве и юности, о том, как рождались песни, о научных экспедициях в Арктику и различные районы Мирового океана, о своих друзьях — писателях, поэтах, геологах, ученых.Это не просто мемуары — скорее, философско-лирический взгляд на мир и эпоху, попытка осмыслить недавнее прошлое, рассказать о людях, с которыми сталкивала судьба. А рассказчик Александр Городницкий великолепный, его неожиданный юмор, легкая ирония, умение подмечать детали, тонкое поэтическое восприятие окружающего делают «маленькое чудо»: мы как бы переносимся то на палубу «Крузенштерна», то на поляну Грушинского фестиваля авторской песни, оказываемся в одной компании с Юрием Визбором или Владимиром Высоцким, Натаном Эйдельманом или Давидом Самойловым.Пересказать книгу нельзя — прочитайте ее сами, и перед вами совершенно по-новому откроется человек, чьи песни знакомы с детства.Книга иллюстрирована фотографиями.

Александр Моисеевич Городницкий

Биографии и Мемуары / Документальное
100 Великих Феноменов
100 Великих Феноменов

На свете есть немало людей, сильно отличающихся от нас. Чаще всего они обладают даром целительства, реже — предвидения, иногда — теми способностями, объяснить которые наука пока не может, хотя и не отказывается от их изучения. Особая категория людей-феноменов демонстрирует свои сверхъестественные дарования на эстрадных подмостках, цирковых аренах, а теперь и в телемостах, вызывая у публики восторг, восхищение и удивление. Рядовые зрители готовы объявить увиденное волшебством. Отзывы учёных более чем сдержанны — им всё нужно проверить в своих лабораториях.Эта книга повествует о наиболее значительных людях-феноменах, оставивших заметный след в истории сверхъестественного. Тайны их уникальных способностей и возможностей не раскрыты и по сей день.

Николай Николаевич Непомнящий

Биографии и Мемуары
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное