Читаем Дневник. 2010 год полностью

3 августа, вторник. Вся программа вечерних новостей была посвящена лесным пожарам, которые полыхают по всей России. Президент объявил чрезвычайное положение в семи регионах. Особенно пострадала Новгородская область. Путин, не забывая свои царские привычки везде появляться самолично и, под взглядом телекамер, чинить свой суд и административную расправу, уже побывал на нескольких пожарищах. Дома погорельцам будут, как он обещал, восстановлены к ноябрю. Людей жалко до слез. Но и энергичный Путин молодец - помнит, что впереди скоро выборы. Это огромный талант совмещать личное - выборы с общим - командованием страной. Путин несколько раз предупреждал чиновников, что деньги, которые будут выданы на стройку после пожаров, - святые и их нельзя разворовать.

В связи с этим не могу не привести заметочку из «РГ» «Ночной расстрел. В Махачкале убили следователя МВД». Ворвавшиеся в квартиру бандиты взяли у хозяина 1 миллион 300 тысяч рублей, а самого его убили. Спрашивается: откуда в доме такие деньги и почему они, допустим, не в банке? Чего следователь больше боялся - хранить деньги или объявления, что они у него есть?

4 августа, среда. Утром поднялся в половине шестого. Дворники-киргизы уже скребут двор от слишком рано падающей пожелтевшей листвы. Неба и солнца не видно, все серо. Дымом от горящих в Подмосковье лесов плотно заволокло весь двор. Пока варил себе кофе на молоке, слушал радио: по стране уже более сорока человеческих жертв. В кольце огня российский научно-исследовательский атомный центр в Сарове, все силы брошены, чтобы его отстоять. В комментарии по радио есть нехитрая, приходившая и мне неоднократно мысль, что жара стоит уже два месяца, а спохватились только теперь. Вспомнил замечательную картинку: несколько дней назад напротив Медведева сидит министр обороны Сердюков и главнокомандующий просит министра подключить армию. При советской власти эту армию давно бы уже привлекли к делу. Достаточно было бы звонка секретаря обкома начальнику соответствующего округа. Оказывается, у нас есть какие-то поразительные технологии по борьбе с огнем, но и о них своевременно никто не вспомнил. Министерство по чрезвычайным ситуациям возит на самолетах чугунные отопительные батареи.

Среди многих причин нынешних пожаров радио назвало и еще одну. Два года назад Думой с огромной поспешностью был принят Лесной кодекс, по которому в лесу не осталось никаких хозяев, кроме тех, которые его рубят. Вот так мы расплачиваемся за наших талантливо выбранных депутатов.

Чуть ли не с шести утра сел читать свою рукопись после редактуры Натальи Евгеньевны. Ничего существенного тут сделано не было, но Наталья Евгеньевна вычистила рукопись от огромного количества мелких блох и повторов. Мне даже несколько неловко от собственных «как говорят», «так сказать» и прочего словесного сора, при помощи которого я делал вид, что стилизовал текст. Ощущение целый день, да еще в жару, было как у каторжного. Одно за другим: то дипломные работы, то чтение абитуриентов, то придумывание этюдов. Но в какой-то момент моих «мучительных раздумий» за завтраком и с включенным радио вдруг раздается объявление, что в «Новой опере» идут балетные спектакли театра Касаткиной и Василева. Я тут же посылаю эсэмэску Николаю: «Пляшешь ли ты сегодня?». Дальнейшее оказалось лишь делом техники и проблемой, как по такой жаре выйти из дома. Сегодня минкусовский «Дон-Кихот». Наверное, по этой легкой, похожей на нехолодное шампанское музыке я соскучился больше всего.

Поехал на метро, с собою пригласил В.А. Пронина, чей едкий, памятливый ум всегда доставляет удовольствие. Встретиться договорились у входа в театр. Одна из причин нашей поездки заключалась еще и в том, чтобы ввиду безумной уличной жары три часа посидеть и передохнуть в кондиционированном зале. Спектакль был ничего себе. Все-таки такое роскошное искусство, как балет, требует имперского размаха и воистину сцены Большого театра. Стиль «Новой оперы» - несколько первоклассных солистов и сборный кордебалет. Правда, расставлены танцоры с определенным искусством. Практически безукоризнен был только Николай - все время в образе и все время подчеркнуто держит острую форму. Солисты, как я уже писал, были на высоте и почти хороша Колина партнерша Наташа Огнева. Произвел впечатление и другой первый солист - Владимир Стуров, но здесь скорее брутальная мужественность, законченность поз и опыт, приходящий с возрастом. С ним в паре тоже неплохая танцовщица Полина Кырова. И все же, и все же… Меня удивляла полная собранность у Николая, что возможно только у крупных артистов, и ни одного послабления, чтобы дать себе отдохнуть. Николай до сих пор без звания, которое он, конечно, давно заслужил. В этом смысле я не понимаю руководителей, долженствующих поддерживать ради театра подобного артиста. Я помню рецензию после «Маугли» в «Коммерсанте», где написали, что смотреть можно только на Чавычелова.

Когда шел в театр и ехал в метро - везде дым, ощущение тревоги и катастрофы.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Парижские мальчики в сталинской Москве
Парижские мальчики в сталинской Москве

Сергей Беляков – историк и писатель, автор книг "Гумилев сын Гумилева", "Тень Мазепы. Украинская нация в эпоху Гоголя", "Весна народов. Русские и украинцы между Булгаковым и Петлюрой", лауреат премии "Большая книга", финалист премий "Национальный бестселлер" и "Ясная Поляна".Сын Марины Цветаевой Георгий Эфрон, более известный под домашним именем «Мур», родился в Чехии, вырос во Франции, но считал себя русским. Однако в предвоенной Москве одноклассники, приятели, девушки видели в нем – иностранца, парижского мальчика. «Парижским мальчиком» был и друг Мура, Дмитрий Сеземан, в это же время приехавший с родителями в Москву. Жизнь друзей в СССР кажется чередой несчастий: аресты и гибель близких, бездомье, эвакуация, голод, фронт, где один из них будет ранен, а другой погибнет… Но в их московской жизни были и счастливые дни.Сталинская Москва – сияющая витрина Советского Союза. По новым широким улицам мчатся «линкольны», «паккарды» и ЗИСы, в Елисеевском продают деликатесы: от черной икры и крабов до рокфора… Эйзенштейн ставит «Валькирию» в Большом театре, в Камерном идёт «Мадам Бовари» Таирова, для москвичей играют джазмены Эдди Рознера, Александра Цфасмана и Леонида Утесова, а учителя танцев зарабатывают больше инженеров и врачей… Странный, жестокий, но яркий мир, где утром шли в приемную НКВД с передачей для арестованных родных, а вечером сидели в ресторане «Националь» или слушали Святослава Рихтера в Зале Чайковского.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Сергей Станиславович Беляков

Документальная литература / Биографии и Мемуары / Документальное