Читаем Дневник. 2004 год. полностью

23 августа, понедельник. Первый день недели создал такой объемный спектр, что мне начинает казаться, будто прошла целая вечность. Это – наше традиционное собеседование. Пошли заочники, начали с семинара Кострова. Наверное, так бывает всегда, – пропуская человек сорок, практически по-настоящему встречаешься только с тремя-четырьмя талантливыми людьми. Какая-то пошла удивительная мода, вернее – удивительное сужение и в прозе, и в поэзии. Если обратиться к радио и телевидению, то окажется: лейтмотив любого певца – « Я люблю свою девочку, и эту девочку хочу, и эту девочку ревную» или «Я люблю этого мальчика, этот мальчик мне изменил, но все равно я его добьюсь». Собственно, то же самое делается и в литературе. Молодежи вбили в голову какую-то фантастическую веру в значение, не только для них, но и для литературы, их исключительной индивидуальности. Эти переживания никто из «творцов» не хочет обобщать, все почему-то считают, что на почве какого-нибудь конкретного происшествия создается знаменательное произведение, забывая при этом, что для этого необходимо невероятное умение, упорство и врожденное мастерство. В процессе собеседования я заставил какого-то из абитуриентов прочесть стихотворение любимого ими Бродского. Там практически то же самое: то ли бытовая картинка, то ли микродрама, изображающая двери комнаты перед коридором. Поэт говорит: главное – не выйти за границу этой бытовой плоскости, но эта плоскость удивительным образом обстроена, здесь есть воздух, есть образы, есть в конце концов названия болгарских сигарет «Шипка» и «Солнышко» – детали абсолютно конкретные. Но для подобного, врезающегося в сознание изображения нужен талант.

К часу дня, когда у нас наступило время обеда, я был совершенно измучен. Но надо было еще посмотреть вёрстку из «АиФ», потому что сегодня там сдают номер. Я обычно не очень готов к глобальному интервью по поводу литературы, которое положено давать ректору Литературного института. Все почему-то считают, что я пропускаю через себя весь литературный процесс, а мне бы только прочесть наших студентов. Но тем не менее, давая интервью, я выразил несколько мыслей, и вот теперь они мне кажутся все более и более справедливыми.

ЛИТЕРАТУРА НЕ ТЕРПИТ «ШТУЧЕК»

ИЗВЕСТНЫЙ по романам «Имитатор», «Соглядатай» и книге-эссе «Власть слова» писатель Сергей ЕСИН имеет полное право рассуждать о современной литературе как эксперт. Ведь через его, ректора Литинститута им. Горького, руки проходят самые свежие творения нынешних светил и бумагомарак. Только, как он сам мне первым делом признался, нынешняя литература его совсем не радует.

– ЗА ПОСЛЕДНИЕ 15 лет не появилось ни одного по-настоящему нового автора, произведения или явления. Истинная литература – это то, что ввинчено в общественное сознание. Я вижу: дают Букеровскую премию, читаю книгу. Да, более-менее интересно, но абсолютно не укоренено в обиходе. Куда делись писатели, когда-то гремевшие после получения Букера? Их нет. А если кто и остался, то исторически принадлежит советской литературе. Сейчас студентам интересен очень средний писатель Довлатов. литература не для высоколобых – Пелевин, штучное явление Ерофеев и публицистика Лимонова. Но все это сначала кажется открытием, а потом расползается. Сейчас пишут, посматривая назад или на Запад. Много второсортной литературы. Есть мастеровитые писатели, Например, Улицкая. Хотя по своей натуре она скорее беллетрист. Но настоящая литература не может держаться на «штучках». Уверен: время расставит все по своим местам. Литература – вещь мстительная. Когда-то Иван Бунин получил Нобелевскую премию, оттеснив не менее талантливого Ивана Шмелева. Сейчас Шмелев наступает на Бунина и берет «реванш».

-Чего же нынешней литературе не хватает для нормального развития?