В Петровской милиции Минакова знал сам начальник — Костя одно время был дружинником: патрулировал улицы, дежурил в штабе, даже ездил на оперативной машине.

Нет, сейчас не годится. Происшествие на заводе уже наверняка известно во всем городе, и Костю тут же задержат и доставят в милицию под конвоем, а это совсем другое дело, нежели явиться самому.

Немного подумав, Минаков решил приехать в Петровск завтра ночью, тогда можно незаметно пробраться к милиции и сдаться дежурному милиционеру.

Все-таки надо сходить на свидание. Такая женщина… Может быть, последнее его свидание на воле.

И еще надо купить скрепки. Завтра как раз откроется магазин. Он же не сбежал с деньгами, а приехал в командировку за скрепками. Значит, надо их купить. Сколько войдет в портфель? Коробок двадцать. Правда, Шкаф заказывал пятьдесят, но ничего, обойдется и двадцатью.

А этот вечер он проведет на вокзале. Он любит вокзалы. Там не так одиноко, да и не так опасно, как на заводской квартире.

19. ПОХИЩЕНИЕ КЕФИРА

На следующий день, завершив дела, командированный Сусликов покинул гостиницу «Тихие зори» в пресквернейшем расположении духа, тем не менее зашел в молочный магазин, взял в дорогу шесть бутылок полюбившегося ему кефира и набил ими свой ветхий, потертый портфель, где, кроме кефира, лежали не менее ветхий спортивный костюм, тапки, граненный в желтых пятнах стакан, верой и правдой служивший Сусликову десять лет; перочинный, дурно пахнущий протухшим салом ножик, запасные длинные футбольные трусы, набор лекарств и прочий менее значительный хлам, который непременно набирается в багаже любого командированного. Документы и служебные бумаги тертый Сусликов сунул во внутренний карман пиджака.

От покупки целебного кефира настроение Сусликова несколько поднялось, и, приободрившись, он поехал на вокзал, чтобы с первым же автобусом покинуть этот гангстерский город; происшествие в гостинице вспоминалось теперь как «пошлый кинодетектив.

На вокзале Сусликов купил в дорогу пирожков и приобрел билет на двенадцатичасовой автобус. Народу в автобус набилось много, Сусликов в душе похвалил себя за предусмотрительность: он выпросил у кассирши первое, инвалидное, место, бегло показав билет научно-технического общества. Портфель Сусликов поставил в проходе.

У завода и на окраине города сели еще люди. К Сусликову притиснуло молодую женщину с серыми глазами. Ее можно было принять за цыганку, если бы не белая башня волос.

«С моря», — подумал Сусликов и отвернулся. Он женщинами не интересовался.

На следующей остановке добавилось еще пассажиров, и блондинка почти легла грудью Сусликову на плечо. В лицо ему уперлась пахнущая кожзаменителем красная сумочка.

«Надо бы встать, — подумал Сусликов, но тут же возразил себе: — Я сижу на инвалидном месте, значит, сам инвалид. Прижмут — язва разыграется…»

Женщина была явно не деревенской, от нее пахло городом — пыльными улицами, магазинами, кинотеатрами.

На полпути у остановки Сусликов поймал в зеркале цепкий, оценивающий взгляд шофера.

— Перекур! Пять минут!

— Вы пойдете курить? — спросила блондинка.

— Я некурящий, — ответил Сусликов.

— Тогда подержите мою сумочку. Хорошо?

— Хорошо…

Сусликов охотно поставил на колени красную сумочку. Сверху блондинка положила еще большой пакет.

— Не бойтесь. Он легкий.

— А я и не боюсь. — Пакет накрыл командированного с головой. Сусликов не интересовался женщинами, но все же ему были приятны эти хлопоты.

Сзади на женщину нетерпеливо напирали.

— Вы выходите или нет?

— Куда, тетка, мешком по ногам?

— Ой, батюшки! Руку оттяпали!

— Вещи с проходу уберите!

Когда автобус опустел, Сусликов освободился от пакета. Пакет был из иностранной белой пленки с надписью «Lord». Командированному было приятно сидеть с таким пакетом.

Шофер посигналил, и Сусликов опять поймал на себе его взгляд. Взгляд был совсем короткий, скользящий, но он показался командированному неприятным: какой-то ощупывающий.

Те, кто вышел покурить, зашли. Автобус поехал. Толпа у входа рассосалась, и Сусликов с удивлением обнаружил, что среди пассажиров блондинки нет.

— Стой! — крикнул командированный. — Женщина отстала!

Шофер затормозил, через окошко глянул в салон.

— Какая еще женщина?

— Блондинка такая… — начал объяснять Сусликов. — Тоненькая такая, в сером плаще.

— Тю! — сказал кто-то. — Так она села на машину.

— На какую такую машину? — удивился Сусликов. — Вот ее сумочка и пакет.

— Поехали, — решил шофер. — Вещи давайте сюда. Сдадим в стол находок.

Автобус заскрежетал и тронулся.

«Странно, — подумал Сусликов. — Разве можно забыть сумочку? Наверно, там деньги и документы… А пакет… Возможно, в пакете мохер… — Он чувствовал мягкое, пушистое. — И зачем надо садиться на машину, если уже едешь в автобусе?»

И тут командированного словно ударило током. Он опустил вниз руку и стал шарить возле сиденья. Рука болталась в пустоте. Портфеля не было.

— Стой! — опять закричал Сусликов. — Портфель пропал!

Автобус снова остановился. В окошко высунулся недовольный шофер.

— Что случилось?

— Портфель пропал!

Шофер задумался.

— А что в портфеле было?