Читаем Дюна полностью

Гурни убрал бинокль в футляр. Он знал, что сигнал принят всеми членами экспедиции. Место ему понравилось: скалы могли служить укрытием в пустыне и защитой. Они находились глубоко в пустыне, где трудно было ожидать засады, и все же Гурни дал знак отряду снизиться и выбрать такое место для краулера, чтобы его было невозможно разглядеть на детекторах Харконненов. Впрочем, он сомневался, что патрули Харконненов могут проникнуть так далеко к югу. Эта территория все еще принадлежала Свободным.

Гурни проверил оружие, кляня судьбу за то, что защитные поля были здесь бесполезны. Всего того, что могло привлечь внимание червя, следовало избегать любой ценой. Он потер синеющий на подбородке шрам, изучая разворачивающийся перед ним ландшафт, и решил, что было бы неплохо совершить разведывательный рейд: осмотр местности пешими людьми все-таки был надежнее. В этой стране, где Харконнены и Свободные без конца воевали друг с другом, никакая мера предосторожности не была излишней.

Сейчас его беспокоили именно Свободные. Они не возражали против продажи любого количества спайса, которое только могли захватить контрабандисты, но если те попадались в местах запретных, они становились сущими дьяволами, используя дьявольские приемы.

Их хитрость и ловкость в битвах раздражали Хэллека. Он не мог сравнить их умение драться ни с чьим другим, а он ведь учился у лучших бойцов Вселенной и побеждал в сражениях лучших из лучших.

Гурни еще раз внимательно осмотрел ландшафт, удивляясь своей тревоге. Возможно, причиной ее был увиденный ими червь... но они видели его по ту сторону хребта.

Рядом с Гурни вынырнула голова командира фабрики, бородатого пирата, синеглазого, с молочного цвета зубами.

— Похоже, что месторождение богатое, сэр, — сказал командир фабрики. — Будем его брать?

— Опускайтесь на вершину этой скалы, — приказал Гурни. — Мне нужно выгрузить людей, чтобы осмотреть местность. Вы можете добраться до спайса и оттуда.

— Угу.

— В случае чего, — распорядился Гурни, — спасайте фабрику, а мы поднимем топтеры.

Начальник фабрики отсалютовал и снова исчез в люке.

А Гурни опять впился взглядом в горизонт. Приходилось считаться со Свободными и с тем, что он сам — нарушитель. Он знал жестокость и непримиримость Свободных. Вообще многое в этом деле беспокоило его, но и вознаграждение было огромным. Его беспокоило и то, что он не мог поднять споттеры на достаточную высоту. Добавляло тревоги и вынужденное молчание радио.

Фабрика-краулер развернулась и начала опускаться. Вот она сползла по сухой полосе у подножия хребта. Ее гусеницы коснулись песка.

Гурни открыл колпак конуса и приладил на себе предохранительные ремни. Едва фабрика приземлилась, как он выпрыгнул на лесок и захлопнул за собой конусообразный колпак. К нему присоединились пять человек его личной охраны, выпрыгнувшие из носового отсека. Остальные освободили транспортные крепления фабрики. Ее крылья дрогнули, разошлись и описали первый полукруг, после чего огромная фабрика-краулер взмыла в воздух и полетела в сторону темной полосы. На то место, где она стояла, приземлился топтер, потом еще и еще. Высадив людей, они снова поднимались в воздух.

Гурни напряг мускулы под стилсьютом, пробуя их готовность. Он снял с лица фильтрующую маску, жертвуя влагой ради более важного — силы голоса, если ему придется отдавать команду, и стал взбираться на уступы, внимательно изучая место, вглядываясь в камни, в песок, впитывая в себя запах спайса.

«Хорошее место для тайника, — подумал он. — Возможно, стоит спрятать здесь часть оборудования».

Он оглянулся и посмотрел на цепочку следующих за ним людей. Хорошие ребята, даже эти новые, которых проверить он толком не успел. Им не нужно без конца говорить, что и как. Ни один из них не включил защитное поле. Здесь нет трусов, которые бы таскали за собой защитные поля в пустыню, где червь, стоит ему учуять поле, явился бы и отобрал добытый спайс.

С этого небольшого возвышения Гурни мог видеть спайсовую гряду в полукилометре отсюда и краулер, только что достигший ближнего края гряды. Он посмотрел наверх, на суда прикрытия, определил высоту — не слишком высоко. Удовлетворенный осмотром, он намеревался продолжать подъем.

И в это мгновение скалы взорвались! Двенадцать грохочущих столбов огня устремились к топтерам и крыльям фабрики. Раздался металлический грохот, и камни вокруг Гурни оказались кишащими людьми в капюшонах.

Гурни успел подумать: "Клянусь Великой матерью! Ракеты! Они осмелились воспользоваться ракетами!?

Он оказался лицом к лицу с закутанной в плащ фигурой с крисножом наготове. Слева и справа на валунах застыли еще двое. Гурни были видны лишь глаза воина, стоящего напротив него. Все остальное закрывал песочного цвета бурнус и капюшон, но осанка и поза выдавали опытного воина.

Глаза — синее-в-синем — были глазами Свободного.