Читаем Дитя пламени полностью

Это было так, но каким бледным и холодным казался его свет на фоне темных облаков, мрачного склона горы и студеного ветра. Солдаты и слуги с досками и палками в руках поспешили вперед доставать фургон из болота. Очень скоро куча народу собралась вокруг застрявшего фургона, непрекращающийся гвалт прерывался громкими криками людей, доведенных до предела.

— Могу я поговорить с ними, сестра?

— Нет, позвольте им самим все сделать, только если это не перейдет в драку. Подержите мою лошадь, будьте так добры, брат. — Как и раньше, когда они останавливались по этим причинам, она слезла с лошади и пошла к фургону, чтобы хоть как-то приободрить солдат, настолько ослабленных дизентерией, что у них не было сил идти самим.

— Давайте помолимся, друзья, — сказала она, приблизившись к фургону, хотя большинство солдат так лихорадило, что они вряд ли расслышали ее слова. Из фургона доносились неприятные запахи болезни, бедняги не могли даже подняться и выбраться из фургона, чтобы опорожнить кишечник.

Всего четыре шага отделяли то место, где находилась лошадь Росвиты, от фургона, и лишь на мгновение отвернулась она от тропы, по которой двигалась армия.

У человека, правившего фургоном, почти все лицо было обмотано тряпками, чтобы защититься от ужасного зловония, но даже так она увидела, как его глаза наполняются ужасом от того, что он увидел у нее за спиной. Сначала она услышала дикий грохот, треск, рев, которые стерли все отдаленные вопли и предупреждающие окрики.

— Сестра! — кричал Фортунатус. — О Господи, на нас напали. — Росвита резко обернулась, и за то время, которого хватило бы, только чтобы сосчитать до десяти, солнце стран ным образом скрылось за белой завесой, спускающейся с гор. Она была настолько поражена увиденным, что сначала подумала, будто на них сходит лавина белых цветов.

Снежная буря налетела неожиданно. Росвита успела схватиться за борт фургона, чтобы хоть как-то удержаться. Фортунатус бросился вниз со своего коня, навалившись на поводья ее лошади. Потом буран поглотил его и прижал к ней.

Не слышны были даже стоны больных солдат. Ветер и снег хлестали их, мелкая галька, подхваченная ветром, больно била по спине, будто какой-то великан защищался камнями от своих врагов. Росвита медленно стала пробираться вдоль фургона, пока не спряталась за широкими спинами запряженных волов. К счастью, она была в перчатках, но даже так ее пальцы одеревенели, так сильно она вцепилась в упряжь. Чтобы иметь хоть какую-то возможность дышать, ей приходилось подставлять спину ветру.

Бесконечно долго, несмотря на то, что становилось все холоднее, она упорно держалась.

Вскоре ветер слегка поутих, и Росвита решилась выглянуть и посмотреть, что же происходит. Снега намело по колено, так что скоро ноги ее начали цепенеть от холода. Сквозь неистовствующую снежную пыль ей удалось разглядеть лишь неясные очертания фигур, медленно двигающихся вдоль дороги. Они больше не шли на юг, в сторону Аосты. Теперь они спешили на север, по тропе, ведущей туда, откуда они прибыли.

— О Господи! — громко крикнул возница, так чтобы голос его перекрыл вой ветра. — Нужно срочно развернуть фургон, иначе колеса застрянут в снегу.

Она махнула трем солдатам, которые медленно двигались, подставив спины бурану. С их помощью им удалось развернуть фургон, хотя это и нелегко было сделать на такой узкой дороге, одна сторона которой угрожающе обваливалась с каждым шагом, а вдоль второй высились сугробы, готовые в любую минуту засыпать их.

— Сестра! — Чудесным образом в руках Фортунатуса оказались поводья обеих лошадей, хотя сам он опасно балансировал почти на самом краю обрыва. Он усердно старался привязать поводья к задней части фургона, но пальцы, онемев от холода, его не слушались. Двигаясь рядом, опираясь на лошадей, они следовали за повозкой по дороге, ведущей назад.

Ьуря запорошила снегом весь мир. Время от времени они останавливались, натолкнувшись на лежащих товарищей, помогая им подняться. Только что выпавший снег хрустел под колесами. Поднялся сильный ветер, вжимавший их в фургон, казалось, он просто хотел избавиться от путников. Росвита споткнулась о камни и поняла, что давно уже свернула с основной дороги. Фортунатус, как мог, поддерживал ее, но каждый последующий шаг давался ей ценой огромных усилий; сжав зубы, но уже невероятно устав, двигалась она вперед.

Едва слышно, стараясь перекрыть завывания ветра, раздался звук рогов, сообщающий о приближении короля.

Скоро их догнала группа короля. Генрих был готов продолжить путь верхом, королева Адельхейд решительно следовала за ним, укутанная в меха, покрытые таким количеством снега, что казалось, ее обсыпали ледяной крошкой. Приблизившись, король поприветствовал своих солдат, измученных и уставших, словами ободрения и поддержки.

Несмотря на снежный буран, он узнал Росвиту и обратился к ней:

— Сестра Росвита! Может быть, вы хотите отдохнуть в повозке?

— Благодарю, ваше величество. Но этим больным солдатам отдых нужен больше, чем мне.

Он кивнул.

— Мы скоро прибудем туда, где останавливались вчера вечером.