Читаем Дипломат полностью

– Нет, не то, – сказал Мак-Грегор. – Но разве это так срочно?

– Нам столько надо сделать!

– Вряд ли вам удастся много сделать, – недоверчиво сказал Мак-Грегор. – Ведь это задача огромной трудности.

– Можно было бы начать, – сказал Джават.

– Все это гораздо сложнее, чем вам кажется. Вы ведь инженер. Вы, конечно, понимаете, что нельзя начинать добычу и производство без оборудования и специалистов. Нельзя поручить это необученным крестьянам.

– У нас нет выбора, – сказал Джават.

Мак-Грегор покачал головой. Понимает ли Джават масштаб той работы, к которой он так страстно стремится приступить? Если понимает, тогда это такой человек, какого Мак-Грегор еще не встречал в своей жизни. Может быть, именно так и осуществляются все преобразования – людьми, не считающимися с высотой стены, которую они должны преодолеть. Мак-Грегор не знал, смеяться ли над Джаватом или аплодировать ему. Это было нечто новое и достойное внимания.

Мак-Грегору так много хотелось узнать у Джавата, что он расспрашивал его еще с полчаса, но и этого оказалось мало. Их беседу прервал приход начальника – «высокочтимого капитана», как представил его Джават.

Это был приветливый, веселый, голубоглазый человек небольшого роста, с пушистым венчиком редких седых волос вокруг головы. В разговоре он применял такие изысканно вежливые персидские выражения, что Мак-Грегору приходилось то и дело прерывать своего собеседника и решительно возражать против его самоуничижающей скромности. Мак-Грегор распознал в нем старого служаку с более утонченными повадками, чем у простого, бесхитростного Джавата. Вероятно, он был из тавризских чиновников.

Капитан сказал им, что письмо доставлено, но получение его подтверждено только легкой перестрелкой. Если посол желает ехать по этой дороге, пусть едет сейчас, потому что они слышали, как губернаторские солдаты разбирали баррикаду в ожидании какой-то машины.

– А это безопасно? – спросил Джават.

– Ничто не безопасно на этом свете, – пожимая плечами, ответил капитан. – Но если Столп света намерен попасть к губернатору, то лучше ему ехать сейчас.

Мак-Грегор вызвал Эссекса и Кэтрин, которые еще не спали и разговаривали. Джават сказал Мак-Грегору, что он проводит их до передовой заставы. Он надел фуражку и пошел с ними сквозь влажную тьму к форду, за рулем которого дремал Аладин. Эссекс разбудил его и вслед за Кэтрин влез на заднее сиденье. Мак-Грегор сел с ними. Капитан, отдав честь Кэтрин, вместе с Джаватом уселся впереди. Они сказали Аладину по-персидски, чтобы он ехал по дороге осторожно и не зажигая огней. Они скажут ему, когда остановиться.

– И что же, этот Джават поедет с нами к губернатору? – спросил Эссекс Мак-Грегора.

– Не думаю. Нам нужно сначала самим повидаться с губернатором. – Однако Мак-Грегор задал тот же вопрос Джавату.

Джават задумался, но капитан тотчас же ответил решительным «нет». Губернатор оставит Джавата заложником, сказал он, и Мак-Грегор передал Эссексу, что они не одобряют этой идеи.

– Хорошо, – сказал Эссекс, – но тогда как же он сможет говорить с губернатором? Спросите его, если я за ним пошлю, он поедет или нет?

– Он говорит, что поедет, если вы пришлете за ним машину и сообщите, что губернатор согласен принять его.

Еще не доезжая до баррикады, они остановились – впереди стреляли. Капитан и Джават выскочили из машины и побежали к оплетенной колючею проволокой рогатке, загораживавшей путь. Стреляли очень близко. Мак-Грегор тоже вышел из машины и пошел за Джаватом к баррикаде, где два солдата держали под наблюдением обе стороны дороги.

– Здесь опасно, – опять сказал Джават. – Они простреливают всю местность.

– В кого же они, собственно, стреляют? – Мак-Грегор посмотрел вперед на грязную дорогу.

– В тени, которые им мерещатся, – ответил капитан.

– А мы все-таки попробуем. – сказал Мак-Грегор. – Далеко тут до их баррикады?

– Шагов пятьсот.

– Вы можете убрать рогатку?

– В любую минуту, – ответил капитан.

– Тогда убирайте, – сказал Мак-Грегор. – Мы включим свет и поедем как можно быстрей. Как тут дорога?

– Не хуже той, по которой вы ехали. – Джават выпрямился. – Я останусь здесь. В случае чего, мы постараемся прийти вам на помощь. – Они обменялись рукопожатием, и Мак-Грегор пошел назад, думая о Кэтрин.

– Вам надо остаться здесь, Кэти. В нас, вероятно, будут стрелять, – сказал он ей. – Как вы считаете? – обратился он к Эссексу.

– Нет, – сказала Кэтрин. – Это просто смешно! – Она сразу рассердилась.

– А здесь она будет в безопасности? – спросил Эссекс.

– В полной безопасности. Ведь вы не боитесь остаться с Джаватом, Кэтрин?

– Конечно, нет, но я предпочитаю ехать с вами.

– Все же лучше не рисковать, – сказал Эссекс. – Вы уверены, что тут она будет в полной безопасности?

– В такой же безопасности, как в английском посольстве, – ответил Мак-Грегор.

– Мне очень жаль, Кэтрин, но, кажется, так будет лучше. – Эссекс дружески обнял ее за плечи и прижал к себе.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Чудодей
Чудодей

В романе в хронологической последовательности изложена непростая история жизни, история становления характера и идейно-политического мировоззрения главного героя Станислауса Бюднера, образ которого имеет выразительное автобиографическое звучание.В первом томе, события которого разворачиваются в период с 1909 по 1943 г., автор знакомит читателя с главным героем, сыном безземельного крестьянина Станислаусом Бюднером, которого земляки за его удивительный дар наблюдательности называли чудодеем. Биография Станислауса типична для обычного немца тех лет. В поисках смысла жизни он сменяет много профессий, принимает участие в войне, но социальные и политические лозунги фашистской Германии приводят его к разочарованию в ценностях, которые ему пытается навязать государство. В 1943 г. он дезертирует из фашистской армии и скрывается в одном из греческих монастырей.Во втором томе романа жизни героя прослеживается с 1946 по 1949 г., когда Станислаус старается найти свое место в мире тех социальных, экономических и политических изменений, которые переживала Германия в первые послевоенные годы. Постепенно герой склоняется к ценностям социалистической идеологии, сближается с рабочим классом, параллельно подвергает испытанию свои силы в литературе.В третьем томе, события которого охватывают первую половину 50-х годов, Станислаус обрисован как зрелый писатель, обогащенный непростым опытом жизни и признанный у себя на родине.Приведенный здесь перевод первого тома публиковался по частям в сборниках Е. Вильмонт из серии «Былое и дуры».

Эрвин Штриттматтер , Екатерина Николаевна Вильмонт

Проза / Классическая проза