Читаем Дипломат полностью

– Ваша помощь в этом деле может сберечь и время и человеческие жизни. – Джават погладил пальцами подбородок. – Мы очень хотели бы покончить с этим и приняться за другие дела. Нам еще многое надо сделать в этом округе.

Мак-Грегору хотелось узнать поподробней, что именно предстоит сделать Джавату, но спрашивать было бы смешно, потому что никакой ответ не дал бы представления об огромных задачах, стоящих перед этим человеком. И Мак-Грегор спросил только, много ли уйдет времени на проведение намеченных реформ. Но, задав такой вопрос, он сейчас же понял, что времени на все это потребуется немало, ведь задачи были огромные.

– Несколько лет. – Джавата это, видимо, не удручало. – Ведь нам нужно не только перераспределить землю и улучшить управление страной, но и перевоспитать все население, от мала до велика. Иначе оно никогда не поймет того, что мы делаем. Народ наш, отсталый и неграмотный, страдает от болезней, грязи и невежества. Всем этим тысячу лет и держались шахи, ханы и муллы. Невежество, грязь и опиум – превосходные средства грабить народ и держать его в угнетении. Теперь мы должны добиться переворота в самом сознании людей. Мы привыкли считать взятки и беззакония чем-то неизбежным в нашей жизни. Перед нами стоит задача покончить с тысячелетней привычкой ко всякому злу и нищете, бесправию, разбою и убийству – ко всему, что до сих пор считалось обычным в политической жизни нашей страны. И более того, мы должны воспитать чиновников и полицейских, которые не будут ни продажны, ни жестоки, а таких у нас в Иране еще не видели. Дальше: нужно вести борьбу за улучшение санитарных условий жизни. Вы, вероятно, знаете Иран, потому что говорите по-нашему, и, следовательно, можете себе представить, как страдает народ от нищеты, болезней и других бедствий. Мы начнем с экономических преобразований, чтобы изменить в корне эти ужасные условия, а затем проведем ряд мероприятий, будем внедрять правила гигиены, займемся профилактикой. Мы должны также покончить с курением опиума. Более пятидесяти процентов нашего населения курит опиум, среди них есть даже дети. А дети – первая наша забота, ведь семеро из десяти сейчас умирают, не достигнув десятилетнего возраста. Детскую смертность надо свести до обычной нормы, а семьи обеспечить хорошей одеждой, хорошим жильем и хорошим питанием. Достичь этого будет нелегко, потому что революции у нас еще не было. Мы еще не провели законов, которые полностью покончили бы с крупным землевладением, не обобществили нашу промышленность и национальные богатства. Мы проводим это, руководствуясь постановлениями нашего демократически избранного собрания, то есть осторожно, исподволь. Многое из того, что нам предстоит сделать, для нас ново, и тут мы должны искать помощи специалистов из более передовых стран, вроде вашей. Как видите, все это потребует нескольких лет.

– А есть у вас люди, сведущие в таких делах? – Мак-Грегора несколько удивлял сугубо практический подход Джавата к такому имеющему мировое значение вопросу, как вопрос о реформах в Иранском Азербайджане.

– Нет.

– А вы сами кто?

– Я инженер.

– Вы коммунист?

Джават провел языком по губам. – Я член демократической партии, – сказал он.

– Мои вопросы могут показаться вам странными, но нам нужно выяснить все эти частности. Поймите, что мои вопросы носят официальный характер, и не обвиняйте меня в невежливости.

– Вежливость – капля меду в потоке горьких слов. – Джават покачал головой. – Понимание – вот что по-настоящему ценно. Но можете ли вы, англичанин, понять нас?

– Мне кажется, да.

– Вы долго жили в Иране?

– Почти всю жизнь, – Мак-Грегор предугадал его следующий вопрос. – Я, собственно, не чиновник, – сказал он. – Я геолог.

Джават прервал его. – Специалист!

– Да, вроде этого.

– Вы исследуете недра земли, да?

– Да.

– Вы работали в Азербайджане или только служили в английской нефтяной компании?

– Мой отец много работал здесь, а с ним и я, когда был моложе. На ваших картах, вероятно, обозначено многое из того, что он открыл и исследовал.

– Мы слышали, что в наших горах большие богатства: железо, медь, уголь, которые так и лежат неразведанные и неразработанные. Это правда?

– В горах Загроса и Эльбурса есть некоторые минеральные ресурсы.

– Достаточные, чтобы развернуть крупную индустрию?

– В этом я не уверен. – Мак-Грегор хотел улыбнуться, но серьезность Джавата обезоруживала его. – Там есть, вероятно, запасы угля, железа и меди и, как мне кажется, олова. Не знаю, что вы с ними сможете сделать, но они существуют.

– А вы не знаете, есть у нас в Тавризе люди, которые могли бы разведать эти залежи с таким же знанием дела и такой же легкостью, как и вы?

– Конечно!

– А у вас не будет времени обследовать этот округ и рассказать мне о результатах? Или это трудно и сложно?

– Вероятно, существуют карты, на которых все обозначено.

– У нас еще плохо поставлено дело, да и вряд ли карты скажут мне все, что я хочу знать… Так как же, найдется у вас время?

Мак-Грегор медленно покачал головой. – Едва ли.

Джават замялся. – Я, конечно, слишком многого от вас требую.