Читаем Дионис преследуемый полностью

Гермипп совершил большую ошибку, включив в каталог «семи мудрецов» Ферекида, современника Анаксимандра и, как считается, учителя Пифагора. Ферекид находился в самой точке разрыва и сокрытия истины о бытии, и являл собой последнюю вспышку мистериального знания, после которой философия перестала быть божественной мудростью и опасным занятием. Не имея никаких учителей, Ферекид «сам себя выучил, приобретя тайные книги финикийцев». Прокл в «Комментариях к «Тимею» говорит, что даже учение Платона не столь загадочно, как учение Фереки-да. Сообщается, что именно он ввел теорию метемпсихоза, позже перешедшую к его ученику Пифагору. «Один дух в нас — с неба, а другой происходит от земных семян», — учил Ферекид. По словам Апония, «он раньше всех описал природу и происхождение богов»²⁰. Дамаский пишет об учении Ферекида следующее: «Ферекид Сиросский говорит, что Зас был всегда, и Хронос [Время] и Хтония — три первых начала ... Хронос же создал из своего семени (yovoc) огонь, воздух (пуейца) и воду ... из которых — после того как они распределились в пяти недрах — образовалось новое многочисленное поколение богов, называемое «пятинедро-вым» (nevxe^uxoc), что, вероятно, равнозначно «пятимирному»

(neviEKOc^o^)»²¹. К родам богов относятся Океаниды, Офиониды, Крониды и др. О той же триаде Начал сообщает и Гермий: «Фе-рекид полагает началами Зевса, Хтонию и Кроноса; под Зевсом он разумеет эфир, под Хтонией — землю, под Кроносом — время (xpovo^); эфир — это активное начало, земля — пассивное, время — то, в чем все происходит»²². Ферекид учил, что пещеры, недра, ямы, врата, двери являются символами рождения и вхождения в чувственный мир, чрез них же — души исходят из мира, покидая чертоги космоса, «тюрьмы».

Таким образом, Ферекид был последним мыслителем, решавшим вопрос о Началах способом, абсолютно противоположным Фалесу и другим досократикам Милетской школы. Обращаясь к учению Ферекида, Максим Тирский выделял в нем, прежде всего, «Зевса с Хтонией, и Эрота [Любовь] между ними, и рождение Офионея, и битву богов, и древо, и покров». «В деле творения он [Зевс] образует вселенную, натягивая мировое покрывало на крылатый дуб», — пишет С. Н. Трубецкой²³.

Злые языки утверждают, что Ферекид завидовал славе Фалеса, первого из «семи мудрецов». Едва ли уместно говорить о зависти, но смело можно заподозрить онтологическую неприязнь, которую Ферекид мог испытывать по отношению к мыслителю, стеревшему из сферы мысли всякое представление о теокосмого-нической драме. Сохранился ряд свидетельств о жизни и смерти Ферекида, изучая которые, мы не можем не отметить, что большинство из них носит явно порочащий, дискредитирующий пафос (что заставляет нас вспомнить свидетельства о смерти другого мыслителя — Гераклита и, видимо, не напрасно Климент Александрийский сравнивает в «Строматах» учения Гераклита и Ферекида о богах). Последний хранитель знания о битве богов, Ферекид, который, по словам Кельса, был намного древнее Гераклита, «рассказывает миф о том, что два войска противостоят друг другу, одним из которых командует Кронос, другим — Офионей, и повествует о вызовах и поединках между ними, и как они заклю-

чают договор: которые из них упадут в Оген — тем быть побежденными, а которые выпихнут [врага] и победят — тем владеть небом. Этот же смысл, по его [Кельса] словам, имеют и священные сказания о Титанах и Гигантах, объявляющих войну богам, и священные сказания египтян о Тифоне, Горе и Осирисе»³⁴. Офион (Офионей, иногда Опион, др.-греч. ’0ф1юу «змея», ’09ioveBc) имел образ огромного змея и правил вместе с Эвриномой задолго до появления Зевса и воцарения олимпийских богов. В древних текстах он предстает как враг Кроноса, с которым бьется врукопашную³⁵, но оказывается побежденным и низвергнутым в глубины Океана (точно также была повержена и Эвринома, вступившая в схватку с Реей). Таким образом, Ферекид знал о событии (битве), предварявшем как Титаномахию, так и Гигантомахию. Он учил о битве Офионидов (во главе со змеем Офионом) с Зевсом и богами-олимпийцами. Важно заметить, что в этой битве на сторону Зевса встали титаны, предводителем которых был Кронос, следующий правитель. Отсюда слова «Зас (Зевс) и Хронос (Кро-нос) были всегда...» Битва, описываемая Ферекидом, могла бы быть названа Офиономахией, или Змееборчеством.

По сообщению Аполлония Родосского, Орфей «пел о том, что снежным Олимпом / Сначала владели Офион и Океанида Эврино-ма/ И как он, побежденный силою рук, уступил [царскую] честь Крону, /А она — Рее, и оба упали в воды Океана. А Крон и Рея царили над блаженными богами Титанами до тех пор, / Покуда Зевс — еще мальчик, еще с детскими мыслями, — Жил в Диктей-ской пещере, / И землерожденные киклопы еще не вооружили его перуном, / Громом и молнией: это они даруют могущество Зевсу»²⁴. Так, Орфей пел об Офиономахии, будучи посвященным в те же мистерии, что и Ферекид.

³⁴ Фрагменты ранних греческих философов. Часть I. М.: Наука, 1989. С. 88.