Читаем Диктиона. Пламя свободы полностью

— Конечно, — кивнул он, заинтересовано навострив уши. — Набери код-пароль на боковой клавиатуре, а потом, если доступ защищён по системе «Алиса», положи ладонь на идентификационную панель рядом.

— Мой лорд… — проговорила я, уже набирая код на панели.

— Леди… — Кирс поспешно уступил мне место за клавиатурой.

То, что я много лет назад ушла из рядов Поисково-спасательного флота Земли и покинула родную планету, ещё не значит, что я перестала интересоваться современной техникой. Наоборот, именно за эти годы, когда я вдруг оказалась один на один с морем технической информации, которую мне исправно и с радостью поставляли мои друзья из Звёздной инспекции, когда у меня уже не было под рукой суперкиберов, и рядом никого, кто мог бы всё растолковать, мне самой пришлось научиться упорядочивать и анализировать данные о новых кораблях, компьютерах и оружии, которые появлялись на планетах Объединения Галактики. Это было необходимо потому, что мне по-прежнему слишком часто приходилось сталкиваться с подобными проблемами, помогая ли родной Инспекции или действуя на свой страх и риск. Наверно, я стала неплохим экспертом, может, даже лучше, чем была когда-то. Так что сопоставить имеющиеся данные с теми, что находились в памяти моего киберинформатора, оказалось совсем не сложно. Правда, результат меня ошеломил, и я трижды перепроверила его.

— Гравитационная станция связи ормийского производства, — прочитал Кирс, стоя у меня за спиной. Тахо напряжённо сопел над самым ухом. — Но ведь для питания такой станции нужен настоящий реактор! Энергия должна поступать бесперебойно и быть очень высокой и чистой!

— Подходящие реакторы стоят на больших грузовых звездолетах, — лизнув длинным языком разом высохший нос, хрипло добавил Тахо. — Или на военных кораблях не меньше крейсера. Ормийского крейсера.

— Зачем им подделывать записи, если у них есть лазерные орудия? — тихо произнёс Кирс. — Мне сразу не понравились эти данные в таблице. Луч куда мощнее и ровнее, чем может передать аппаратура, которой располагает граф Гаррет.

— Может всё-таки ошибка? — без всякой надежды предположил Тахо.

— Вряд ли, — неожиданно спокойно и твёрдо произнёс Кирс. Он выпрямился и расправил плечи. — Нужно смотреть правде в глаза, как бы неприятна она ни была, — и в его интонациях мне послышался голос короля Кибелла.

III

Военный совет был устроен в кают-компании. По мне так лучше было остаться в аппаратной, тогда не пришлось бы делать и тащить с собой кучу распечаток, касавшихся ормийских военных звездолётов, но, кажется, моим спутникам не терпелось сменить обстановку. Выглядели они довольно забавно, особенно Тахо. Он был похож на сурка, которому предстоял поединок с динозавром. Он в своей жёлтенькой пушистой пижаме обессилено раскинулся на большом диване, и его взгляд метался по потолку в безуспешном поиске возможности увильнуть от спарринга. Принц Кирс был спокоен и сосредоточен, чувствовалось, что он полностью осознает свалившуюся на него ответственность, но совершенно не знает, что с ней делать. Мне очень хотелось посоветовать ему расслабиться.

— А если там не крейсер? — воскликнул Тахо, резко садясь и бросая на меня отчаянный взгляд брошенной собаки.

— Хочешь сказать, что там может быть несколько крейсеров? — с серьёзным видом уточнила я и пожала плечами. — Не лишено смысла.

— У-у!.. — сипло провыл он и рухнул обратно.

— Что-нибудь есть? — Кирс взглянул на меня исподлобья.

— Более чем, — кивнула я. — Вариантов множество. Они же строили крейсера по различным проектам. Вооружение тоже варьируется. Вот, например… рейдовый крейсер «Азал-хут»… Длина почти тысяча метров, ширина — сто шестьдесят пять, высота — сто. Семнадцать палуб, в том числе тринадцать — пассажирских. Может взять до десяти тысяч человек десанта. Шесть анамезонных двигателей. Дальность полёта — шестьдесят тысяч парсеков. F-защита. Вооружение — лучемёты калибром сто и двести миллиметров, система «Блик», семь тысяч аннигиляционных торпед, сотня термоядерных ракет, и прочая дребедень. На борту семнадцать атмосферно-космических штурмовиков-ракетоносцев «Бурмах». У самого толщина брони около метра.

— Маневренный?

— Нет. Но «Бурмахи» — вполне.

— А что у нас?

— Ты что, издеваешься? — взвизгнул Тахо. — У нас два прогулочных катера! Может, свяжемся с Высшим Советом Космоплавания? Или с Советом Мира при Генеральной Ассамблее? — он с отчаянной тоской смотрел на Кирса, но тот покачал головой.

— Я не могу принимать подобные решения без позволения отца. Это значило бы дать согласие на вмешательство во внутренние дела Диктионы.

— Тогда мы трупы, — констатировал Тахо и почесал за стоячим ухом. — Вообще-то по натуре я не герой, — доверительно сообщил он, взглянув на меня.

— Героями не рождаются, — успокоила я его. — К тому же это не «Азал-хут». Тот был взорван в конце войны.

— Остальные послабее? — с надеждой спросил Кирс.