— Мы целый день бродили на мысе, чтобы найти это чертово дерево, а сейчас ты говоришь, что у вас были готовые?! Том, ну ты…

— Вы просили помощи, вы ее получили, — упрекнул он, смерив суровым взглядом ее друга.

— Все, Эйп, идем, — спокойно сказал Дикен, и они проследовали за местным хулиганом к кузницам.

День подходил концу. Небо освобождалось от облаков, оставляя лишь тонкие прозрачные следы и солнце вишневого цвета. Оно окрашивало часть неба в оранжевые тона, которые выше переходили в привычные голубые. На этом фоне каждое дерево, каждая травинка обретали свои очертания. Ветер с моря становился прохладным. Теперь друзья знали, где в этом городе прячется свобода. Здесь, на мысе Гелиарда, который местные незаслуженно окутали тайнами и небылицами. Перед спуском к лодке они медлили, не желая покидать мыс. Дикен гладил гриву лошади и что-то ей тихонечко шептал, а Эйприл жгла трубку, сидя под деревом, возле крутого обрыва, возвращаясь в мыслях в те времена, когда отец впервые отвел ее на этот мыс.

Вскоре Эйприл хлопнула огромную лошадь по спине ладонью и та понеслась вдаль одна. Друзья, проводив ее взглядом, направились домой.

Глава 7. ПЕРВЫЙ ОТКРЫТЫЙ ФЕХТОВАЛЬНЫЙ ТУРНИР ПЕРВЫХ ДУБОВ

Весь следующий день Дафиэлд был охвачен сильным штормом. Различные выходки природы были привычны для этих мест. Деревья загибало до земли, а слабые порой вырывало с корнем из земли. Дождь огромными потоками заливал улицы и дома, а сильный ветер порывами сметал его клубами с крыш. Даже извозчики, беспокоясь за своих лошадей и экипажи, избегали дорог, не говоря уже о простых жителях. Ливень и ветер жестко противостояли друг другу, отыгрываясь на городе.

До фехтовальной встречи оставалось все меньше времени. Дикен и Эйприл сидели в своем чердаке, плотно приставив к небольшому окошку широкую доску и подперев ее тумбой, которую, тем не менее, хорошо трясло при каждом порыве ветра. Чердак освещали только лампы, так как свечи вообще невозможно было зажечь. Дикен сидел за своим столом, рассматривая под увеличительным стеклом разные виды почв. Эйприл периодически заглядывала через плечо, а Небул спрятался в дальнем углу клетки и что-то недовольно бурчал на бушующую стихию.

— Что ты там копаешься? — с пренебрежением произнесла она, слоняясь в скуке по чердаку.

— Понимаешь, Эйп, — начал он, не отрываясь от стекла, — почвы и земли, как можно видеть, отличаются не только по природным зонам, но даже по улицам. Вот видишь, это с нашей улицы Первых дубов. Взгляни… Она темнее, чем, например, с центральной улицы. А вот в этой, я нашел какие-то зеленые песчинки… Полагаю, это нерастворимые соли железа. Хочу их отобрать, чтоб попробовать растворить в кислоте и проверить свою теорию.

— А разве в книжках этого не пишут? — удивленно поинтересовалась Вудуорт, присаживаясь за свой стол к тетрадям.

— Может и пишут, но… Вот если бы я написал книжку и указал в ней, что небо на самом деле зеленое, а уже наши глаза окрашивают его в синие тона, ты бы тоже поверила?.. Нет. Вот и я нет. Я верю только нам двоим. Знаешь, Эйп, я думаю, нам нужна карта города, — сказал он, отрываясь от своих опытов. Эта идея пришла ему в голову уже давно, когда он только начал изучать различные земельные зоны Дафиэлда, но сейчас скучающую Эйприл надо было срочно чем-то занять. — И карту Окраины там же нарисуй. Ты там жила, сможешь?

— Конечно… А улицы все обозначать?

— Хотя бы те, что знаешь. И соблюдай пропорции.

Следующие пару часов Дикен мог спокойно продолжать возиться с песчинками, то растворяя их, то нагревая, то смешивая. Изредка Эйприл спрашивала его совета, пока чертила план Дафиэлда. Получилось у нее не сразу. Первая попытка была самой провальной — она начала рисовать карту города с их чердака и так вышло, что весь город строился вокруг ее дома.

Закончив, она предоставила карту на поправку другу и снова принялась бездумно расхаживать по маленькой комнате.

— Дурацкий шторм! — сказала она, ходя кругами.

— Да… И делать нечего. Даже не выйти, — вздохнул он, отрываясь от расчерченного листа. — Эйп, а можешь придумать какую-нибудь загадку? Сама…

— Загадку? Зачем? Какую? — сыпала его вопросами Эйприл, встряхивая один из пузырьков на столе друга.

— Просто — загадку! А я попробую отгадать.

— Хм… Ну ладно.

Дикен умудрился самым нелепым образом выкроить себе еще времени для Великих исследований. Он ни в коем случае не жалел, что находится сейчас на чердаке, а не дома, где бы его точно никто не тормошил каждые пять минут. Однако скучающих от безделья людей он определенно не любил.

Придумать самой загадку оказалось не таким простым занятием, как вначале могла подумать Эйприл, когда соглашалась. Идеи рассыпались одна за другой, мысли и решения переплетались и связывались в прочный узел, который она сама уже не могла расплести. Хотя больше на нервы действовал уже Дикен, то и дело, подгоняя ее и жалуясь на жаждущий работы разум.

Час спустя, она неуверенно развернулась за своим столом с исписанным листком бумаги: