Нет, я прекрасно понимаю, что меня окружает несколько, скажем так, футуристическая обстановка, да и фантастики я в свое время перечитал целые горы, но я никак не ожидал, что даже одежда, причем, скорее всего, самая дешёвая, ну, кто я такой, чтобы обряжать меня в эксклюзивные шмотки, окажется тут «умной». В общем, я решил пока ничему сильно не удивляться и, по возможности, выполнять все разумные требования моих… Моих кого? Хозяев, пленителей, освободителей? Ладно, поживем — увидим, по крайней мере, пока в меня никакими иголками не тычат, на запчасти не разбирают, опытов никаких надо мной не ставят, не пытают и не убивают, так что, может быть еще и поживу маленько.

Еще несколько раз женщина пыталась мне что-то сказать, что-то объяснить, а потом махнула рукой и жестом приказала следовать за собой. Сопротивляться смысла я не вижу, так что послушно поплелся за своей провожатой, краем глаза отметив, что «робокопы» пристроились за мной и не выпускают меня из своего внимания. Шли мы недолго, да что там недолго, всего-навсего пересекли широкий коридор метров шести шириной, стена напротив раздвинулась, открывая моему взору просторное помещение, заставленное какой-то аппаратурой и десятком фантастического вида кресел, чем-то напоминающих самые лучшие и технологичные стоматологические кресла Земли, только намного более… как бы это сказать… футуристические. Вот в одно из таких кресел меня и усадили. На голову напялили какой-то глухой шлем, подключили целую кучу контактов, и к голове под шлемом, и на руки, и на грудь, и даже на ноги. Кто-то ободряюще хлопнул меня по плечу, в голове произошел мини взрыв, ярка вспышка и… все. Почти сразу после этого шлем с моей головы убрали, а молодой парень в точно таком же, как и у неизвестной женщины, комбинезоне начал отлеплять от моего тела контакты. Когда он закончил, я сделал попытку встать, но он мягко уперся мне в грудь ладонью и сказал.

— Сиди, еще рано. — Он сказал, а я его прекрасно понял, хотя говорил он все на том же, похожем на итальянский языке. — Не дергайся, когда будет можно встать, я тебе скажу.

Я оказался настолько поражен странной метаморфозой с моим восприятием совершенно незнакомого языка, что только после того, как парень куда-то ушел по своим делам, понял, что у меня дико болит голова, да и вообще состояние далеко от оптимального. Просидел я так, наверное, часа полтора, а потом за мной пришли. Все та же женщина-медик и какой-то мужик. Самое прикольное, что женщина была явно недовольно присутствием этого мужчины и ничуть не скрывала своего к нему отношения, но тому, кажется, было все равно, его это даже, кажется, веселило. Лениво окинув меня взглядом, он коротко распорядился.

— Иди за мной.

Глава 8

Я когда-то слышал такое понятие, «допросный конвейер». Так вот, за последние четыре дня я на собственной шкуре убедился, что это совсем не выдумка, правда, познакомился я с самой, мне так кажется, мягкой его формой. По крайней мере, меня не били, не пытали, давали время на сон и отдых, неплохо кормили и вообще не очень сильно наседали. Но все равно очень неприятно, когда тебя изо дня в день таскают на, вроде бы, бесполезные «беседы», причем, каждый раз с новым «собеседником». Десятки, сотни, если не тысячи ничего незначащих вопросов, раз за разом, день за днем, а тебе каждый раз приходится на них отвечать и все это под совершенно безразличным, пустым взглядом очередного «следователя». Хотя… если честно, то самым сложным был самый первый день и самый первый допрос, который проводил, как он мне представился, майор Службы Безопасности Империи Аратан Грох Изил, тот самый мужик, что пришел за мной вместе с медичкой. И хотя тот первый допрос был самым коротким, повторюсь, он оказался для меня самым сложным. И сейчас объясню почему. Уже первый вопрос поставил меня в тупик.

— Кто ты? Твое имя? — И вот как прикажете отвечать? Назвать свое земное имя, а если они уже знают, что это тело принадлежало Кшалу? Как я буду объяснять, почему вдруг я представляюсь совсем по-другому? Рассказать им всю свою историю? И что меня после этого может ждать? Я ведь не питаю особых иллюзий относительно спецструктур, ведь разберут на запчасти, тем более что я тут никто и звать меня никак. Ну, подумаешь, появится в какой-нибудь лаборатории очередной «объект для исследований за номером…». Так что, уже на этом вопросе я завис. Благо, что майор меня не торопил, а спокойно ждал ответа. Наконец я решился.

— Максим Альбертович Колчак. Где я? Кто вы? — майор поморщился.

— Слишком длинно, у нас так не принято. Ты аристократ?

— Что длинно? Что не принято? Аристократ? Ну, можно и так сказать.

— Имя слишком длинное. В Содружестве так не принято, хотя у аграфов имена еще длиннее, но это аграфы, им можно. Им много чего можно. Покороче никак нельзя?

— Почему нельзя, можно. Макс Колчак.

— Нет, лучше Макс Ал. Звучит вполне привычно.

— Хорошо. Вы не ответили на мой вопрос. Где я? Кто вы? Что такое Содружество?