— Найдет. В этом я не сомневаюсь. — Люсьен жестом приказал слуге снова наполнить бокалы. — Он уже влюблен в нее. А в упрямстве Гарету не откажешь.

— Все это так, но ему, кроме того, свойственны склонность к необдуманным поступкам, неразборчивость в выборе приятелей, а также непомерная тяга к распутному образу жизни.

— Ты прав. Но я верю, что именно от этих слабостей его излечит эта девушка. — Герцог отхлебнул портвейна и улыбнулся. Он держал ситуацию под полным контролем. — Видишь ли, я убежден, что Гарет, которому пришлась по душе слава героя после истории с дилижансом, снова пожелает сыграть роль галантного спасителя. Спровоцировав его и мисс Пэйдж на определенные действия, я предоставил ему идеальную возможность сыграть эту роль. Тот факт, что он зол на меня, гарантирует, что он не приползет ко мне жаловаться, когда у него возникнут трудности. — Герцог посмотрел в бокал с задумчивой улыбкой. — А трудности у него непременно возникнут.

— Вот как? — Фоке вопросительно вскинул бровь.

— Гарет умчался отсюда, ничего не захватив с собой.

Кроме собственной одежды да коня, у него ничего нет. У него есть с собой небольшая сумма денег, а также деньги, которые я дал девушке, но уверяю тебя, он спустит все еще до конца недели. Но он не приползет ко мне за помощью. По крайней мере в этот раз.

Фоке снова вопросительно поднял брови.

— Пора моему братцу повзрослеть. — Блэкхит задумчиво покачал головой. — Прекрасная леди, попавшая в беду, ребенок, о котором следует заботиться, и весьма ограниченные средства, чтобы содержать молодую семью.

Уверен, что нет лучшего средства, чтобы повзрослеть, чем немного ответственности, не так ли, Роджер?

— А как насчет девушки? И ребенка? Что, если Гарет растеряется, не сумев справиться с ситуацией?

— Дорогой Роджер! Неужели ты думаешь, что я позволю ситуации выйти из-под контроля? Ай-ай-ай. Благодаря моему надежному информатору я осведомлен о всех его действиях и даже намерениях. С его маленьким семейством ничего не случится. Как тебе известно, я полностью контролирую ситуацию.

— Как всегда.

— Как всегда, — улыбнулся Люсьен, кивнув головой.

— Следует отдать тебе должное, Люсьен, — усмехнулся Фоке, салютуя другу своим бокалом, — ты мастерски манипулируешь людьми. И ты чертовски умен. Слишком умен.

— А у тебя, мой дорогой Фоке, хлебные крошки на галстуке. Что подумают окружающие?

Глава 11

Камень громко стукнул в оконный переплет.

— Черт тебя возьми, Чилкот, я ведь просил бросить камешек, а не разбить окно! Ладно, я сам сделаю это.

Они ее отыскали. Проверили каждую придорожную гостиницу на лондонской дороге. Мчались с бешеной скоростью, чтобы успеть перехватить ее, до того как она окажется в столице и затеряется там бесследно. И все-таки ее отыскали. Хозяин этой гостиницы на окраине Хаунслоу ответил утвердительно, когда они засыпали его нетерпеливыми вопросами. Да, красивая молодая женщина с темными волосами действительно сняла у него комнату на ночь. Да, она говорила с незнакомым акцентом. Да, с ней был ребенок.

— Я поместил ее наверху, вот так, — сказал словоохотливый хозяин. — Она хочет встать пораньше, поэтому я дал ей комнату с окнами на восток. Там солнце появляется рано, вот так. — Но Гарет не собирался ждать до утра. И теперь, стоя посреди грязной дороги возле гостиницы, он выковырял носком сапога камешек и бросил его в темный квадрат восточного окна на верхнем этаже.

Никаких результатов.

— Брось посильнее, — убеждал его Перри, который стоял чуть поодаль, держа в руке поводья Крестоносца и своей резвой кобылки.

— Если брошу сильнее, то разобью это проклятое окно.

— Может быть, это не то окно?

— Может, лучше просто попросить этого чертова хозяина разбудить ее?

— Правильно, это сэкономило бы время и силы, Гарет. Почему ты не хочешь?

Гарет обвел компанию сердитым взглядом. Сегодня он был явно не в духе.

— А вы подумали о том, что пострадает ее репутация, если я в три часа ночи буду стучать в дверь и просить ее вызвать, а?

Чилкот пожал плечами:

— Если уж говорить о репутации, то она сама ее подмочила, прижив ребенка с твоим братом…

Гарет без предупреждения ударил Чилкота кулаком в скулу с такой силой, что тот, не удержавшись на ногах, шлепнулся в грязь.

— Черт возьми, Гарет, не надо воспринимать это как личное оскорбление! — заорал Чилкот, потирая щеку.

— Она член семьи. И любое оскорбительное замечание в ее адрес я принимаю на свой счет. Понятно?

— Извини, — пробормотал Чилкот, осторожно ощупывая щеку. — Но не было необходимости бить так сильно.

— Еще одно подобное замечание, и я еще не так ударю! А теперь перестань скулить, не то разбудишь весь городишко, и мой братец быстро обо всем узнает.

Носком сапога он извлек из грязи еще один камешек и швырнул в окно.

Безрезультатно.

Дождь наконец перестал. Только ветер шелестел листвой деревьев.

— И что дальше? — спросил Перри, задумчиво постукивая себя по подбородку рукоятью плети. — Осмелюсь доложить, твоя прекрасная дама спит крепко, Гарет.

Гарет, уперев руки в бока, задумался. Потом взглянул на каштан, росший довольно близко от окна, и неожиданно широко улыбнулся.