Читаем Дикая война полностью

Услышав эту сентенцию, Владимир Алексеевич едва из телеги от смеха не выпал. Так, за разговором, они доехали до Мишкиного двора, и парень, загнав вовнутрь телегу, принялся загружать её оставшимися бочонками и ящиками. Глядя на количество груза, контрразведчик только головой качал. Потом, не сдержав любопытства, поинтересовался:

— Миша, ты сказал, что на заимку едешь. Так зачем тебе всего столько? Тут же на лавку товару будет.

— А это не мне. Точнее, не всё мне, — прокряхтел парень, вытаскивая из сарая очередной ящик. — Гостинцы тут, хантам. Табак, мука, соль, перец, порох, свинец, капсюли. Да много чего. И бисер их женщинам, нитки шёлковые.

— Торгуешь с ними?

— Сказал же, гостинцы, — отмахнулся Мишка. — Они мне заимку строить помогали, да и присматривают там за ней, пока меня нет. А я им за это товары всякие вожу. Ну, сколько могу.

— Погоди, а это что у тебя там такое? — всполошился контрразведчик, разглядев в глубине сарая аэросани.

— А на этом я по льду на заимку ездить стану, — гордо усмехнулся парень.

— Сам смастерил? — не верящим голосом спросил офицер.

— Собирал сам. А мотор, редуктор, полозья да и остальное всё в мастерских заказывал. Самому всё не осилить. Для этого собственный завод иметь надо.

— Выходит, идея тут твоя, окончательная сборка тоже, а разные части ты по отдельным мастерским заказывал. Я правильно понял?

— Верно. А чего?

— Ну, ты прям как капитан Немо, который свой «Наутилус» так же делал, — удивлённо развёл офицер руками.

— Так оттуда идею и взял, — усмехнулся в ответ парень.

— Неужто читал?

— Я у господина Верна всё перечёл, что найти тут сумел.

Владимир Алексеевич прошёл в сарай и некоторое время ходил вокруг саней, внимательно их осматривая и касаясь рукой того или иного места. Потом, повернувшись к парню, он простецким жестом почесал в затылке и неожиданно спросил:

— Миша, а если мы у тебя их купим?

— А вам-то зачем? — спросил Мишка, не веря собственным ушам.

— Да я тут подумал. Эта механика ни лошадей не требует, ни дорог особых. Главное, чтобы снег ровно лежал. А у нас тут по зиме везде снег. А у нас бывает, что приходится в такие дебри залезать, что и подумать страшно. И нам такая штука была бы очень на пользу. И груз везти можно, и люди всю дорогу в тепле. Так что, продашь?

— Эта техника ещё не обкатана, — качнул Мишка головой. — Вот покатаюсь, пойму, что переделать надо, а там видно будет.

— Думаешь, переделки потребует? — спросил офицер, явно расстроившись.

— Так техника-то новая. Я ж тут многое сам придумывал, без расчётов. Так что да. Кое-что переделать придётся. Да вы не расстраивайтесь. Инженер наш из депо, Александр Степанович, такие же в столицу показывать повёз. Вот вернётся, у него и закажете. У инженера-то всяко надёжнее будет.

— А вот мне почему-то кажется, что эти лучше, — неожиданно заявил офицер.

— Это с чего бы? — растерялся Мишка. — Он же инженер.

— Он-то инженер, а ты их для себя делал, — усмехнулся Владимир Алексеевич.

— Всё одно. Сначала обкатать надо да проверить. Не хочу, чтобы вы потом меня матом поминали.

— Ну, может, оно и правильно, — подумав, кивнул контрразведчик. — Обратно пешком пойдём?

— Зачем? Монгол всё утащит. Садитесь, — рассмеялся Мишка и вывел телегу со двора.

* * *

Заимка встретила парня дождём и тишиной. Ханты сдержали слово, и подворье находилось в образцовом порядке. Даже нарубленный хворост под навесом был уложен ровными штабелями. Не ожидавший от них такой заботы Мишка только в затылке от удивления почесал. Потом решил отложить решение этого вопроса до прихода Торгата, принялся разгружать лодки.

Перетаскав в дом и сарай всё привезённое, он растопил печку и, задумчиво посмотрев в слюдяное окошко, тихо проворчал:

— Так недолго и жабры отрастить. Скорей бы морозы.

Поужинав, он принялся готовиться к первой охоте. Сейчас у него стояла одна задача. Обеспечить две семьи запасами на зиму. А это значит, что работы будет не просто много. Её будет столько, что главное не свалиться. Отобрав патроны с утиной дробью, Мишка собрал ружьё и улёгся спать.

На рассвете он уже был на реке. С этой минуты у него пошла настоящая работа. Набить водоплавающей дичи, привезти её домой, ощипать, засолить, закоптить, разобрать пух и перья. И утром снова на охоту. Идея с пухом пришла ему после очередного разговора с тёткой.

Вспоминая молодость, она как-то обмолвилась, что в приданое за ней, помимо всего прочего, давали две перины и четыре пуховых подушки. В тот же вечер парень в очередной раз обозвал себя олухом и решил сделать всё, чтобы подобные спальные принадлежности в доме опять появились. Так что утиный и гусиный пух старательно стирался щёлочью и после просушки отправлялся в мешки.

Ханты, заметившие дым из трубы, появились на следующий день, так что привезённые гостинцы не залежались. Порадовавшись подаркам, они пообещали парню в срочном порядке пошить для Танюшки самый красивый наряд из лучших мехов. А для тётки Мишка заказал волчью доху. Торгат, услышав, что Мишка взял к себе сироту своей погибшей подруги, одобрительно хлопнул его по плечу и, пыхнув трубкой, заявил:

— Охотник.