Читаем Дигха Никая полностью

Каковы эти два? В ту ночь, Ананда, когда Татхагата становится полностью благословенным и достигает наивысшего Благословения, и в ту ночь, в которую он окончательно отойдет в состояние Ниббаны, в котором не остается объектов для очищения, – вот когда, Ананда, лик Татхагаты становится ясен и светел необычайно.

И сегодня, Ананда, в третью ночную стражу, в Саловой Роще Маллов, поблизости от Кусинары, между двумя деревьями-близнецами сала, наступит Париниббана Татхагаты. В путь теперь, Ананда, идем к реке Какудхе». – «Да будет так, Господин», – отвечал почтенный Ананда.

Когда Учитель облекся в парчовые платья, поднесенные Пуккусой, от него исходило золотое сияние.

Окруженный большой общиной монахов, Благословенный приблизился к реке Какудхе; и спустившись к воде, омыл тело и утолил жажду. И выйдя на берег, пошел в Манговую Рощу.

И придя, он обратился к почтенному Чундаке: «Чундака, прошу тебя, сложи накидку вчетверо, расстели на земле. Устал я, Чундака, прилег бы теперь». – «Да будет так, Господин», – отвечал почтенный Чундака и, сложивши накидку вчетверо, расстелил на земле.

И Благословенный прилег на правый бок, в позе льва, положив одну на другую утомленные ноги; и так улегшись, внимательно, с ясным осознаванием он отдался размышлению, с мыслью восстать в должное время. И почтенный Чундака сел пред лицом Благословенного.

К реке Какудхе приблизился Благословенный, К её тихо журчащему, светлому и нежному течению;

И уставший, утомленный, погрузился он, Будда, – Равного ему на свете нет!

Омыв свое тело, испивши воды, вышел из реки Учитель, И тесной толпой шли монахи за ним.

Наставляя в святых истинах, великий Учитель

Держал свой путь через Манговую Рощу.

И сказал он монаху Чундаке:

«Расстели мне как ложе накидку мою, вчетверо сложенную!»

Ободренный Святым,Чундака быстро раскинул

Ту накидку, вчетверо сложенную.

Уставший, Учитель прилег на накидку, И Чунда сел на землю перед ним.

И вот Благословенный обратился к Ананде: «Теперь может статься, Ананда, будут упрекать Чунду-кузнеца, говоря: «Грех тебе, Чунда, великий позор тебе, Чунда, что Татхагата, вкусивши у тебя последний раз пищи, вскоре скончался». Но этот упрек, Ананда, нужно отклонить от Чунды, говоря: «Благо тебе, Чунда, слава тебе, Чунда, что у тебя в последний раз вкусил Татхагата пищи и тогда скончался. Из уст самого Татхагаты я слышал, от него самого принял я такое слово: «Два подношения пищи дают равный плод, равное благо – высший плод и высшее благо, чем все иные. Каковы же те два подношения? Подношение пищи перед достижением Татхагатой высочайшего Благословения, и подношение пищи перед отходом Татхагаты в состояние Ниббаны, в котором не остается объектов для очищения. Этим деянием достойный Чунда накопил заслуги для долгой жизни, красоты, благополучия, счастья, перерождения на небесах и владычества на земле!» Вот как подобает отразить всякий упрек Чунде-кузнецу». И тогда Благословенный громко и торжественно изрек:

«Дающий приумножает доброе;

Кто укротил себя, того не беспокоит гнев;

Кто добродетели взрастил, того боится зло, И с корнем вырвавший страсть, гнев, И всякое неведение, достигнет умиротворения!»

Глава V

Саловые деревья – близнецы

Благословенный обратился к почтенному Ананде и сказал: «В путь, Ананда! – идем в Саловую Рощу Маллов, поблизости от Кусинары, по ту сторону реки Хираньявати». – «Да будет так, Господин», – отвечал почтенный Ананда Благословенному.

И Благословенный, сопровождаемый общиной монахов, отправился в Саловую Рощу по ту сторону реки Хираньявати и, пришедши, обратился к почтенному Ананде:

«Ананда, прошу тебя, приготовь для меня ложе головою к северу, между деревьями-близнецами. Я устал, Ананда, и охотно прилег бы»17. – «Да будет так, Господин», – отвечал почтенный Ананда Благословенному. И приготовил ложе головой к северу, между деревьями-близнецами. Благословенный прилег на правый бок, в позе льва, положивши одну на другую утомленные ноги; и пребывал он во внимательности и ясном осознавании.

В то время деревья – близнецы были в полном цвету, хотя цвести им было не время; и цветы посыпались на тело Татхагаты, полились дождем, покрывая его тело и воздавая честь Татхагате. Небесные цветы Мандарава и хлопья небесного сандала падали с неба, сыпались, ниспадали на тело Татхагаты, покрывая его и воздавая честь Татхагате. И звуки небесных голосов и небесных инструментов наполнили воздух гимнами в честь Татхагаты.

Тогда Благословенный обратился к почтенному Ананде и сказал: «Деревья-близнецы в цвету, и на тело Татхагаты ниспадают, сыплются, льются дождем цветы, воздавая честь Татхагате. Небесные цветы Мандарава и хлопья небесного сандала дождем ниспадают с небес, сыплются на тело Татхагаты, покрывая его и воздавая честь Татхагате. И звуки небесных голосов и небесных инструментов наполнили воздух гимнами в честь Татхагаты.