Читаем Дьявол в ее постели полностью

С помощью лорда Рамзи (которой он, кстати, вовсе не просил) Чандлер и Секретная служба разработали план. Трое оперативников спустятся вниз и разместят в тоннелях взрывные устройства малой мощности, призванные напугать, а не причинить вред. Когда начнется облава, эти устройства сдетонируют, и грохот и клубы дыма не дадут сектантам сбежать в тоннели. А для полиции это станет сигналом ворваться внутрь, оцепить галерею и произвести самое массовое задержание со времен Инквизиции.

Днем своды пещеры сотрясались от проносящихся рядом поездов; но теперь, в половине двенадцатого ночи, здесь было тихо и пустынно. Ночами в лондонской подземке безраздельно властвовали паразиты.

И речь не только о крысах и тараканах.

На входе под землю висят предостерегающие знаки: «Опасно! Не входить!» – размещенные отнюдь не официальными инстанциями. Их задача – отпугнуть от тоннелей случайных любопытствующих прохожих.

А сектантам указать, куда идти.

Ворота закрыты на засов, но замка нет. Разумеется, Кенуэй слишком умен, чтобы отрезать себе путь к отступлению.

Чандлер и двое его подчиненных крались по северному тоннелю на звук – ритмичные удары одинокого барабана и какое-то низкое гудение. Скрипок и виолончелей сегодня не было. Ничего такого, что может привлечь внимание прохожих наверху или запоздалых пассажиров.

Ночь только началась.

И прежде, чем займется рассвет, с Кровавым Советом будет покончено.

На сей раз здесь не было лакеев, хотя у дальней южной стены, там, где галерея просто внезапно обрывалась, стоял длинный стол с напитками и холодными закусками. Порочные забавы разжигают аппетит, а люди, собравшиеся здесь, предпочитали все свои желания удовлетворять немедленно.

Чандлер, Дэшиел и Ховард – три едва различимые тени во мраке – бесшумно скользили мимо входов в тоннели и закладывали взрывные устройства. Покончив с этим, под прикрытием невысокой кирпичной стены, должно быть, заложенной в надежде поставить здесь торговый прилавок и продавать газеты или леденцы, подобрались ближе к источнику шума.

Странное мычание без слов становилось все громче; в нем ощущалось нечто экзотическое – быть может, отголоски индийских напевов.

Дэшиел, суровый и неустрашимый ветеран лет под пятьдесят с впечатляющими усами, извлек из кармана куртки часы – осторожно, стараясь, чтобы от циферблата не отразился свет множества свечей, зажженных на платформе, где около сорока человек со все возрастающим усердием постанывали и щупали друг друга.

– Рамзи и главный инспектор будут на месте через четверть часа, – прошептал он, уверенный, что сквозь рокот барабана и гудение бессловесного хора никто его не расслышит. – Думаю, эти ребята успеют повеселиться! – Сощурившись, он с немалым интересом взглянул в сторону сектантов. – Давненько я на службе, – выдохнул он, – а такого еще не видывал!

Говард, светловолосый парень, едва начавший брить бороду, смотрел на происходящее с открытым ртом.

Чандлер предлагал послать кого-нибудь другого, постарше, но начальство ответило, что этот тайный агент лучше других умеет обращаться со взрывчаткой.

– Ты смотри, что творят! – прошептал он, толкнув Чандлера локтем в бок. – Я, может, и сам не отказался бы побывать на оргии, но тут… и правда, что-то сатанинское!

Чандлер проворчал в ответ что-то невнятное и продолжал наблюдать. Сектанты почему-то не спешили переходить к главному номеру программы. Обнимались, целовались, тискались, при этом ни на секунду не прерывали своих странных песнопений без слов. Но дальше не шли – словно кто-то держал их похоть на поводке, готовую сорваться с места лишь по приказу хозяина.

Он презрительно скривил губы.

«Стоит разрешить слабовольным и неглубоким людям какой-нибудь соблазнительный пустячок, в котором им прежде было отказано, и они сами наденут на себя цепи и назовут это свободой!»

Так сказал ему однажды отец. Целую жизнь назад.

Дэшиел покачал головой.

– Вот ведь дегенераты! Столетиями женились на родственницах – чего еще от них ждать?

Ховард кивнул с видом знатока.

– Представляю, сколько ублюдков рождается после таких веселых ночек! И все сходят за аристократов!

Не в силах больше ждать, Чандлер потер ноющий загривок.

– Что-то не так, – пробормотал он.

Ховард взглянул на него с удивлением.

– Да все здесь не так!

– Кенуэя нет. Неужели кто-то его предупредил?

Дэшиел покачал головой. Прополз по траншее немного назад, воззрился во тьму тоннеля, словно надеялся что-то там разглядеть.

– Никто не знает, что здесь творится. Даже полицейские не в курсе, что у нас за операция.

И все же Чандлер чувствовал: что-то идет не по плану.

– Разделимся и займем позиции у входов в тоннели, на всякий случай. Чтобы никто не вошел и не вышел.

– А как же Кенуэй? Может, он просто запаздывает? – предположил Дэшиел. – А если заметит нас на входе в тоннель, мы его спугнем.

– Нет, это вряд ли. – Кенуэй не опаздывал никогда – разве только намеренно.

Тревожная мысль вдруг обратила его кровь в лед. Что, если, каким-то непостижимым образом, Кенуэй его опередил? Если все понял – и теперь, когда Чандлер сторожит его здесь, это ублюдок отправился к Франческе?