Читаем Дьявол носит «Прада» полностью

— Она болтает без умолку! И все из-за того, что мы немножко попели. Я пригласил исполнителя народных песен прийти поиграть детям на гитаре, а она принялась подпевать. И теперь, когда лед сломан, она тараторит, как заведенная. Она знает английский! И словарь у нее для ее возраста вполне в норме! Она совершенно нормальный ребенок! — Его бурная радость заставила меня улыбнуться, и вдруг я почувствовала, что скучаю по Алексу. Так скучают по человеку, с которым видятся часто и регулярно, но не вступают в близкие отношения. Здорово было повидать его прошлой ночью, но я снова отключилась, едва коснувшись головой подушки. Оба мы интуитивно понимали, что ждем моего приговора, ждем окончания срока моего рабства, ждем, когда все вернется на свои места. Но я скучала по нему. И я чувствовала свою вину из-за всего, что произошло между мной и Кристианом.

— Поздравляю! Тебе, конечно, не требуются подтверждения того, что ты отличный педагог, но одно ты, во всяком случае, получил. Ты, наверное, рад до невозможности.

— Да, это здорово.

Я услышала, как в отдалении прозвенел звонок.

— Послушай, а твое предложение повидаться сегодня вечером все еще в силе? — спросила я, надеясь, что он не изменил свои планы, и боясь, что он все же это сделал. Когда я сегодня утром с трудом выбралась из постели и повлекла свое изможденное и страдающее тело в душ, он объявил, что хочет взять напрокат какой-нибудь фильм, заказать еды и просто провести со мной вечер. В ответ я с совершенно ненужным сарказмом пробормотала что-то вроде того, что не стоит тратить на меня время, ведь я все равно буду работать допоздна, а когда приду — завалюсь спать, так пусть хоть один из нас получит удовольствие от того, что сегодня — пятница. Сейчас мне хотелось сказать ему, что я тогда злилась на Миранду, на свою работу, на себя — но только не на него, и что больше всего мне бы хотелось, прижавшись к нему, проспать пятнадцать часов подряд.

— Ну конечно, — он был удивлен, но рад моему вопросу, — я просто подожду у тебя дома, а потом мы решим, что нам больше по душе. Поболтаю с Лили, пока ты придешь.

— Вот и ладно. Услышишь все о Мальчике-Фрейдисте…

— О ком?

— Не важно. Слушай, мне пора. Ее величество ждет свой кофе. Увидимся вечером, пока.

От Эдуардо на этот раз удалось отделаться всего двумя куплетами «Не нам разжечь костер» (мой выбор!), а когда я ставила кофе на левый ближний угол стола Миранды, она оживленно болтала по телефону и не обратила на меня никакого внимания. После этого я несколько часов спорила с редакторами и помощниками редакторов «Нью-Йорк пост», пытаясь доказать, что я знаю их газету лучше, чем они сами, и предлагая просто дать мне ту заметку об азиатском ресторане, которая была опубликована в прошлом номере.

— Мэм, я уже двадцать раз сказал вам и говорю еще раз; мы не помещали такой заметки. Я знаю, что у миз Пристли не все в порядке с головой, и не сомневаюсь, что она вертит вами как хочет, но я же не могу родить вам эту статью! Это вы понимаете? — услышала я от сотрудника «Пост», которому, хотя он и писал для «Шестой страницы», было дано задание разобраться со мной. Он искренне хотел мне помочь, но и его терпению пришел конец. По другой линии Эмили говорила с кем-то из их внештатных корреспондентов, пишущих отзывы о ресторанах. Еще я заставила Джеймса позвонить одному из его «бывших», работающему в отделе рекламы, в надежде, что он хоть чем-то нам поможет. Было уже три часа дня — прошли целые сутки после того, как она потребовала найти заметку, я в первый раз не выполнила ее приказаний.

— Эмили! — раздался голос Миранды из глубин кабинета. — Да, Миранда? — Мы обе вскочили, не зная, к которой из нас она обращается.

— Эмили, я слышала, как вы только что говорили с человеком из «Пост», — произнесла она, адресуясь ко мне. Настоящая Эмили с облегчением села на свое место.

— Да, Миранда, я звонила им. Я говорила с тремя разными людьми, и все они утверждают, что на прошлой неделе в Манхэттене не открылось ни одного нового ресторана азиатской кухни. Может, это было раньше? — Нетвердой походкой я приближалась к ее столу, не сводя глаз с черных босоножек от Джимми Чу (десятисантиметровый каблук), которыми снабдил меня Джеффи.

— В Манхэттене? — Она казалась удивленной, раздосадованной и оскорбленной одновременно. — А кто говорит о Манхэттене?

Пришла моя очередь удивляться.

— Ан-дре-а, ведь я же пять раз — не меньше — сказала вам, что это заметка о новом ресторане в Вашингтоне. На следующей неделе я еду туда, и мне надо сделать заказ. — Она склонила голову и недобро улыбнулась. — Неужели это так трудно?

Вашингтон? Она пять раз говорила мне, что этот ресторан в Вашингтоне? Не может быть. Она совсем свихнулась или просто получала садистское наслаждение, глядя, как схожу с ума я. Но я и впрямь была идиоткой, за которую она меня принимала, — и снова заговорила, не подумав.

— Миранда, видите ли, я совершенно уверена, что «Нью-Йорк пост» не помещает отзывов о вашингтонских ресторанах. Они дают материал только о ресторанах Нью-Йорка.