Через несколько недель после Третьего съезда РРП страны советского блока действительно стали свидетелями политической некрофагии Хрущева и его разрушительной практики все переделывать по-своему. Хрущев вдруг отозвал из Китая всех советских советников и свернул все важные совместные проекты. По оценке китайской стороны, Москва буквально за несколько недель отозвала тысячу триста девяносто своих специалистов, разорвала триста сорок два контракта и свернула двести пятьдесят семь совместных проектов {826}. Среди них был и совместный проект, касавшийся ядерного оружия, однако к тому времени китайцы узнали уже достаточно много, чтобы самостоятельно продолжить его. Согласно сведениям различных спецслужб США, к середине 1980-х годов Китай производил не менее четырехсот килограммов плутония-239 в год. Точная мощь китайских стратегических сил все еще остается неизвестной, по крайней мере другим разведслужбам, кроме ЦРУ, но в 1996 году число ядерных боеголовок, состоявших в подчинении Вооруженных сил Китая, оценивалось в две с половиной тясячи единиц, и ежегодно Китай дополнительно производил еще сто сорок – сто пятьдесят боеголовок в ядерном оснащении {827}.

Хрущев не смог избежать поражения в усилиях по распространению ядерного оружия. Тем не менее он поджег фитиль, который ожидал своего часа с момента создания Сталиным «Иосифа-1», в Северной Корее и породил ядерный Иран эпохи Ахмадинежада.

Глава 5

Империя КГБ

На протяжении двадцати лет Александр Сахаровский был моим фактическим руководителем, и все эти годы советский генерал, русский до мозга костей, неоднократно говорил: «Каждое общество отражает свое собственное прошлое». Сахаровский считал, что когда-нибудь «у нашего социалистического лагеря» появится совсем другое лицо. Марксизм может быть полностью переиначен, и даже компартия способна кануть в лету, все это не имеет ровным счетом никакого значения. И марксизм, и компартия – чужеродные элементы, насильно привнесенные в Россию, и рано или поздно им предстояло быть отторгнутыми. Генерал был убежден, что неизменным, пока будет существовать страна, останется лишь одно – «наша госбезопасность».

Сахаровский неоднократно отмечал, что «наша госбезопасность» позволяла России выживать в течение последних пятисот лет. «Наша госбезопасность» направит страну в течение следующих пятисот лет, поможет ей выиграть войну с «нашим главным противником, американским сионизмом», и в конечном итоге превратит Россию в мирового лидера.

До сих пор все пророчества Сахаровского сбывались. Его преемник в Первом главном управлении КГБ Владимир Крючков, позже ставший председателем всего КГБ и инициатором августовского путча 1991 года, стремительно свергнувшего Горбачева, также разделял столь фанатичную веру в госбезопасность страны. Преемник Крючкова, Евгений Примаков, который при Сахаровском работал офицером КГБ под прикрытием, вырос до премьер-министра России. Владимир Путин, руководивший госбезопасностью, в последующем был назначен (не избран!) президентом России.

Множество высокопоставленных офицеров госбезопасности 11 сентября 2002 года собрались на Лубянке. Они не собирались сочувствовать США в связи с первой годовщиной национальной трагедии в результате теракта, а праздновали 125-летие со дня рождения Феликса Дзержинского, человека, создавшего советскую политическую полицию, одной из самых антихристианских и антисемитских структур в мировой истории. Через несколько дней мэр Москвы пересмотрел свое прежнее решение и заявил о намерении восстановить бронзовый памятник Дзержинскому на Лубянской площади {828}. В следующем году в России стал набирать силу лозунг «Россия для русских», и проведенные в стране опросы общественного мнения показали, что 42 % населения выступают за необходимость отстранения евреев от власти {829}.

«Холодная война» действительно закончилась, но, в отличие от других войн, после ее завершения поверженный враг не бросил оружия. Жестокие структуры КГБ, в ходе своего существования уничтожившие по меньшей мере двадцать миллионов человек в своей собственной стране и еще семьдесят миллионов человек в странах коммунистического сообщества, не только выжили, но и превратили сегодняшнюю Россию в первую в мировой истории разведывательную диктатуру.