Читаем Девушка во льду полностью

К церкви, задней стороной примыкавшей к высокой стене, со всех сторон подступали дома и магазины. Лишь спереди оставалось место для дворика и с одной стороны – для выложенного плитняком узкого тротуара. Дэвид стоял у высокой стены, держа в зубах незажженную сигарету. Телефон он убрал в карман пиджака.

Эрика подошла к нему.

– Огоньку? – предложила она, доставая сигареты и зажигалку.

Несколько мгновений Дэвид пристально смотрел на нее, затем наклонился к зажигалке, ладонями прикрывая пламя, и яростно затянулся. На кончике сигареты засветился красный огонек. Эрика тоже закурила и сделала затяжку.

– Вы как? – спросила она, убирая пачку в карман пальто. Дэвид был невероятно худ, с запавшими щеками. Кожа его имела медовый оттенок, под скулами лицо покрывала угревая сыпь, которая, однако, его не уродовала: он был очень даже недурен собой. Природа наградила его такими же карими глазами и полными губами, как у Андреа. Прищурившись, он посмотрел на Эрику и пожал плечами.

– Почему не на церемонии? – спросила Эрика.

– Ерунда это все… Эта показуха, которую спланировали родители, к Андреа не имеет ни малейшего отношения. Она была крикливой, развязной потаскухой, ни на чем не могла сосредоточиться. Но с ней было чертовски интересно, весело. «С ее появлением в комнате становилось светлее». Терпеть не могу эту затасканную фразу, но она точно про нее. Боже, ну почему Андреа, а не Лин… – Дэвид резко замолчал, устыдившись своих слов.

– Линда?

– Нет. Я не то хотел сказать. Хотя Линда так отчаянно стремится быть в центре внимания, что, думаю, она даже готова на то, чтобы быть зверски убитой. Тогда на ее страничке в Фейсбуке появилась бы куда более интересная новость, чем «Я работаю в цветочном салоне и люблю кошек…» – Дэвид расплакался. – Черт, черт, черт! Я же поклялся себе, что мне это не понадобится, – сказал он, вытаскивая из кармана маленькую упаковку салфеток.

– Дэвид, послушайте. Вы будете сожалеть о том, что пропустили службу. Поверьте, это нужно испытать, вам станет легче. Да, понимаю, еще одна избитая фраза.

Дэвид высморкался и достал из пачки новую салфетку.

– А вы зачем пришли? – спросил он.

– Проводить в последний путь.

– Между прочим, родители именно вас винят в том, как освещает события пресса.

– А вы что думаете?

– Я думаю, что Андреа всегда честно признавала, что ей нравится зажигать с мужиками, нравится секс.

– А как же Джайлз?

– В ней он видел ценную добычу. Хотел заполучить в ее лице породистую жену, которая улучшила бы его генофонд. У них в роду слишком много родственных браков. Вы же, наверно, обратили внимание, что он на уродца смахивает.

– На уродца?

– На карнавального шута…

– Ну да.

– Простите, я веду себя как скотина.

– Имеете право. Во всяком случае, сегодня, – сказала Эрика.

– Да. А убийцу вы поймали. Марко Фроста.

Эрика затянулась сигаретой.

– Вы не верите, что это он убил, да?

– Как мама ваша? – спросила Эрика.

– Если хотите увести разговор в сторону, могли бы задать менее глупый вопрос. Вы ведь на вид далеко не глупая женщина, – заметил Дэвид, глубоко затягиваясь сигаретой.

– Ладно. – Эрика достала копию фотографии Андреа с темноволосым мужчиной в баре. – Видели этого человека?

– Плавный переход, – съязвил Дэвид.

– Дэвид. Прошу вас. Это очень важно, – сказала Эрика, наблюдая за его лицом. Он взял у нее фотографию и стал рассматривать, покусывая губу.

– Нет.

– Вы уверены?

– Да.

– Линда в тот вечер тоже там была.

– А я нет, – заявил Дэвид.

– Глазам своим не верю. – Эрика повернулась на голос и увидела, что к ним по двору направляется Саймон. Голова его клонилась набок, глаза сверкали гневом. Следом на высоких каблуках семенила Диана. Ее лицо пряталось в тени широких полей шляпы.

– У вас вообще нет совести? – Саймон остановился прямо перед Эрикой, приблизив к ней свое лицо. Она не отступила, смело встретив его взгляд.

– Дэвид, почему ты не в церкви? – спросила Диана срывающимся голосом, тоже подходя к ним.

– Я спрашивала у Дэвида, не знает ли он этого человека. Этот человек, я считаю… – начала Эрика. Саймон вырвал у нее фото, скомкал его и швырнул на землю. Потом схватил Эрику за локоть и потащил через двор.

– Меня уже тошнит от вас. Что вы все суете нос в мои дела?! – орал он. – Эрика попыталась высвободиться, но он крепко держал ее, таща к дороге.

– Я стараюсь ради вас, ради Андреа… – сказала Эрика.

– Нет. Вы стараетесь ради собственной вонючей карьеры. Еще раз увижу вас рядом с кем-то из членов моей семьи, добьюсь, чтобы вас приструнили запретительным судебным приказом. Мой адвокат утверждает, что у меня есть на то все основания!

Они дошли до дороги. Мимо как раз проезжало такси. Саймон поднял руку, и такси, подкатив к обочине, остановилось прямо возле них. Саймон рывком открыл дверь и грубо втолкнул Эрику в салон, так что она ударилась головой о дверцу.

– Увезите эту дрянь подальше отсюда, – рявкнул он в окно водителю, кинув ему купюру в пятьдесят фунтов.

Эрика смотрела на Саймона. Его карие глаза пылали бешенством.

– С вами все хорошо, милая? – спросил таксист, глядя на нее в зеркало заднего обзора.

– Да, езжайте, – ответила она.