Площадь снова стихла. Люди словно замерли в ожидании. Соня, которая до этого молчаливо стояла в стороне, вдруг вышла вперед и подошла к Кате. Она вложила свою маленькую ладошку в ее руку и заглянула в глаза с таким доверием, что у Макара возник комок в горле и защипало в уголках глаз.

– Катя! – крикнули с одной стороны.

– Соболева, конечно! – поддержали с другой.

– Катя! – закричали сразу несколько человек. Толпа гудела, выкрикивая:

– Катя! Катя! Катя!

Вся площадь скандировала ее имя:

– Катя! Катя! Катя!

Она сделала шаг вперед, но покачала головой:

– Друзья… Я не могу. Это будет неправильно. Я – жена человека, которого вы только что выбрали начальником пожарной части. Если я соглашусь, это снова будет выглядеть как семейные связи и очередная коррупция. Разве мы этого хотим?

Повисла пауза. Люди переглянулись. И вдруг из глубины толпы донеслось:

– Мы сами выбрали Соболева! Без него бы вообще ничего здесь не поменялось!

– Никто нам его не навязал! – крикнули с другой стороны.

– А теперь мы сами просим тебя! – подхватили голоса со всех сторон.

Катя застыла.

– Это не одно и то же! – уверенно добавил кто-то громко. – Это же даже хорошо, когда люди целыми семьями работают на одно дело!

Площадь взорвалась одобрительным гулом.

– Катя! Мы тебе верим!

– Без тебя мы не справимся!

Катя вопросительно смотрела на Макара, чуть кусая нижнюю губу и не понимая что сейчас делать. До этого такая уверенная, сейчас она растерялась. Толпа скандировала ее имя, а она вдруг почувствовала, как дрожат колени. "Я не готова… или готова? Смогу ли я? А вдруг ошибусь?.. А вдруг разочарую их?" Она встретилась взглядом с Макаром. Он видел ее растерянность, понимал без слов. Ей не хватало одного толчка, одной веры со стороны… И вот он сделал шаг вперед и набрав в грудь воздух громко выкрикнул : Катю Соболеву – в мэры!

Площадь взорвалась радостным гулом, люди хлопали, кричали, смеялись.

Катя стояла, все еще не веря, что это происходит наяву. Она подняла руку, прося тишины. Медленно перевела взгляд на Макара, встретилась с его теплым, спокойным взглядом и сказала:

– Если вы действительно хотите этого… я не подведу.

Тишина длилась лишь мгновение. А потом площадь взорвалась бурей аплодисментов и криков, в которых было все – радость, надежда и вера в новую жизнь. Вся площадь ликующе загудела. Снова раздались аплодисменты и крики радости. Люди смеялись, обнимались. И это было уже не просто ликование – это было ощущение настоящей победы. Макар поднялся к ней на ступени и первый обнял нового мэра города с красивым названием.

В этот момент они оба знали – началась новая история. Их история. История города с красивым именем.

<p>Глава 34. Счастье в простом</p>

Глава 34. Счастье в простом

Прошел месяц. Конец лета наполнил город теплом и неспешностью. Бурдаковск, вернувший себе название Красивый, словно дышал по-новому. Люди улыбались друг другу на улицах, в парке слышался смех детей, лавки украшали цветочные корзины, а на площади каждое воскресенье собирались семьи, чтобы обсудить планы, новости и просто побыть вместе.

В ясные дни за горизонтом показывались синие спины Уральских гор – могучие и спокойные, словно вечные стражи их маленького мира.

Макар вставал рано, как и раньше, но теперь в нем не было напряжения и тревоги. Они с Катей продолжили свои пробежки по утрам, но теперь просто наслаждались тишиной, шелестом листвы и свежестью рассвета, не высматривая подозрительных лиц. Счастье оказалось в простых вещах: в уютных беседах вечерами, в запахе яблок, наливающихся в саду, аромате ночной фиалки, что цвела у них сразу за террасой, и в чае с мятой и мелиссой, которые они срывали прямо с клумбы. Макар каждый раз путал их между собой и смеялся:

– Опять вместо мяты мелисса! Но знаешь… все равно вкусно. Не важно что пить – важно с кем.

После пробежек они вместе выходили на работу и он целовал ее легонько в губы, удивляясь тому, как быстро она развернула настоящую деятельность в городе и как хорошо разбиралась в людях и юридических хитросплетениях. Катя была по-прежнему для него уникумом и загадкой, но теперь она стала такой близкой и родной, словно всегда была частью его самого.

Однажды вечером после работы Катя сидела на террасе, босая, в тонком свитере, с чашкой горячего чая в руках. В саду звенели последние летние сверчки, воздух пах мятой, яблоками и теплой древесной корой. Луна лениво поднималась над крышами, заливая двор мягким светом.

Макар подошел сзади, обнял жену за плечи и, уткнувшись носом в ее волосы, шепнул: – Ты пахнешь домом. Катя улыбнулась и прикрыла глаза: – Это потому что я наконец дома…

Он сел рядом, потянулся за своей чашкой, взял ее ладонь и переплел их пальцы.

– Знаешь… Иногда я ловлю себя на мысли, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой, – тихо признался он. Катя повернулась к нему лицом:

– Почему?

– Потому что каждый день я боюсь только одного… Что однажды ты вспомнишь все. Все, что было до меня. И там окажется кто-то… или что-то, что будет для тебя важнее, чем мы.

Катя ответила не сразу. Она крепче сжала его руку и положила голову ему на плечо.