Читаем Девушка под яблоней (Буймир - 2) полностью

Люди мучительно ищут выхода, как бы не пересушить почву. Да и сам Сень разве не над этим ломает голову? Все в один голос выражают недовольство культиваторами, которые обрабатывают пар одинаково в дождливое лето и в засуху; рады бы люди найти какие-то особые способы обработки поля, но, чувствуя свое бессилие, все надежды возлагают на Сеня, точно он конструктор какой-нибудь. И, надо сказать, голос народа дошел до сердца Сеня, хотя он и был в затруднении... А тут еще Устин Павлюк с присущей ему находчивостью ввернул: разве лекарь выписывает один и тот же рецепт на все болезни?

"А мыслимое ли дело на каждое поле изобретать новую машину?" - так и вертится на языке у Сеня, но он сдерживает себя, чтобы не огорчать и без того расстроенных друзей, и продолжает задумчиво чертить какие-то треугольники, водя палкой по раскаленной пыли.

В глазах окружающих стоял тоскливый вопрос - как помешать солнцу высосать влагу на парах? Озимые успели прихватить холодку, уже дозревают, им солнце не страшно. Сдвинуты брови, бьется, ищет выхода беспокойная мысль.

Кузнеца колхозной кузницы и инженера МТС - всех объединяет общая забота. Каждый вкладывает в дело всего себя, лишь бы вырастить урожай: звеньевая и агроном, колхозник и академик. Кому не памятны примитивные лапы Кащука? Цапенко? Как создавался тракторный свеклоподъемник? Во взаимодействии творческой мысли колхозника и инженера. А разве в свое время пятисотница Текля не поставила на производственном совещании при МТС, когда речь зашла об обогащении почвы, вопрос о скапливании в ней органических кислот? Разве не потребовала эта простая дивчина производить анализ почвы, чтобы точно знать, сколько класть удобрения и какого именно? Разве не добивается она механизированной обработки свеклы, чтобы приблизить площадь подкормки к квадрату? Хоть реконструируй трактор!

Партия пробудила духовные силы народа, направляет и развивает их. Мощная техника открыла человеку широкое поле для новых опытов, для новых дерзаний. Всякому хочется сделать свой вклад в общее дело, хоть какую-нибудь деталь сконструировать по-своему. Знаний, случается, не хватает, зато желания хоть отбавляй. Что предпринять, чтобы свекла набирала больше сахара? - спрашивала агрономов звеньевая.

Уйдя в свои мысли, Сень и не заметил, что установилась тишина. Склонились чубатые головы и, точно разгадав ход мыслей тракториста, принялись чертить клинья по раскаленной пыли. От земли по-прежнему пышет жаром, как из печи, но люди, казалось, перестали замечать это. Углы были всякие - тупые и острые, - никто еще не представлял себе отчетливо нужного образца. Постепенно замысел прояснялся: вроде бы нехитрая штука клин, а тоже додуматься надо! Каждый вносил посильную лепту.

Может, скажете, Родион Ржа, член правления, заместитель предколхоза, осанистый мужчина в куртке синего сукна и хромовых сапогах, баклуши бьет? Так старается, что даже упарился.

Тихон, как ни занят сложной конструкцией, а все ненароком бросит огненный взгляд на Теклю, любуется тонкой бровью, пышной косой. Только девушка, кажется, не замечает этого. Общими усилиями придумали скобель, тонкие стальные ножи. Поставленные с наклоном, они будут состригать бурьян. Но вот под каким углом поставить их? Под тупым или под острым? Решили дать на сорок пять градусов. Ведь надо, чтобы скобель захватывал метр поля и погружался в землю лишь слегка. Какой наклон? Принесли доску, циркуль, старый плакат, линейку - нехитрый инструмент! Сень вымерил и наметил стороны, угол, затем нанес чертеж скобеля на бумагу, дал кузнецу точный эскиз. Устин Павлюк, Мусий Завирюха, кузнец Повилица - каждый высказывал свои соображения. Да и никто из присутствующих не остался безучастным. Это был воистину плод коллективной мысли. На лицах читалось удовлетворение. Кузнец Повилица, захваченный интересным начинанием, взялся изготовить три скобеля и приладить их к конным культиваторам, которые потом - все три враз - и поведет трактор. Три угольника будут рыхлить три метра поля за один заход. Друзьям казалось, что эта находка произведет настоящий переворот в агротехнике.

Устин Павлюк, приободренный удачей, пытался вызвать Сеня на откровенный разговор. Но Сень, хотя и был вдохновителем изобретения, что-то уж слишком спокойно отнесся к этому: дескать, колхоз имеет возможности маневрировать, вводить разные улучшения, новшества на своих полях - и тут же предостерег друзей от чрезмерного увлечения этими самыми скобелями, они приемлемы лишь на ровной земле. Еще вопрос, будут ли они пригодны на кочковатых грунтах или на буграх, что понадували ветры над Пслом? Что они, везде одинаковы, грунты да рельефы? Впрочем, колхозы имеют возможность в каждом отдельном случае вводить новые приспособления. Ведь ни трактористы, ни бригадиры тракторных бригад никогда не отказываются помочь в этом колхозу.

Невеселое впечатление, убедился Сень, произвели его трезвые слова. Немало надежд возлагали люди на это изобретение - и вдруг, на тебе, словно ушат холодной воды.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1812. Всё было не так!
1812. Всё было не так!

«Нигде так не врут, как на войне…» – история Наполеонова нашествия еще раз подтвердила эту старую истину: ни одна другая трагедия не была настолько мифологизирована, приукрашена, переписана набело, как Отечественная война 1812 года. Можно ли вообще величать ее Отечественной? Было ли нападение Бонапарта «вероломным», как пыталась доказать наша пропаганда? Собирался ли он «завоевать» и «поработить» Россию – и почему его столь часто встречали как освободителя? Есть ли основания считать Бородинское сражение не то что победой, но хотя бы «ничьей» и почему в обороне на укрепленных позициях мы потеряли гораздо больше людей, чем атакующие французы, хотя, по всем законам войны, должно быть наоборот? Кто на самом деле сжег Москву и стоит ли верить рассказам о французских «грабежах», «бесчинствах» и «зверствах»? Против кого была обращена «дубина народной войны» и кому принадлежат лавры лучших партизан Европы? Правда ли, что русская армия «сломала хребет» Наполеону, и по чьей вине он вырвался из смертельного капкана на Березине, затянув войну еще на полтора долгих и кровавых года? Отвечая на самые «неудобные», запретные и скандальные вопросы, эта сенсационная книга убедительно доказывает: ВСЁ БЫЛО НЕ ТАК!

Георгий Суданов

Военное дело / История / Политика / Образование и наука
10 гениев, изменивших мир
10 гениев, изменивших мир

Эта книга посвящена людям, не только опередившим время, но и сумевшим своими достижениями в науке или общественной мысли оказать влияние на жизнь и мировоззрение целых поколений. Невозможно рассказать обо всех тех, благодаря кому радикально изменился мир (или наше представление о нем), речь пойдет о десяти гениальных ученых и философах, заставивших цивилизацию развиваться по новому, порой неожиданному пути. Их имена – Декарт, Дарвин, Маркс, Ницше, Фрейд, Циолковский, Морган, Склодовская-Кюри, Винер, Ферми. Их объединяли безграничная преданность своему делу, нестандартный взгляд на вещи, огромная трудоспособность. О том, как сложилась жизнь этих удивительных людей, как формировались их идеи, вы узнаете из книги, которую держите в руках, и наверняка согласитесь с утверждением Вольтера: «Почти никогда не делалось ничего великого в мире без участия гениев».

Елена Алексеевна Кочемировская , Александр Владимирович Фомин , Александр Фомин , Елена Кочемировская

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
Кузькина мать
Кузькина мать

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова, написанная в лучших традициях бестселлеров «Ледокол» и «Аквариум» — это грандиозная историческая реконструкция событий конца 1950-х — первой половины 1960-х годов, когда в результате противостояния СССР и США человечество оказалось на грани Третьей мировой войны, на волоске от гибели в глобальной ядерной катастрофе.Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает об истинных причинах Берлинского и Карибского кризисов, о которых умалчивают официальная пропаганда, политики и историки в России и за рубежом. Эти события стали кульминацией второй половины XX столетия и предопределили историческую судьбу Советского Союза и коммунистической идеологии. «Кузькина мать: Хроника великого десятилетия» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о движущих силах и причинах ключевых событий середины XX века. Эго книга о политических интригах и борьбе за власть внутри руководства СССР, о противостоянии двух сверхдержав и их спецслужб, о тайных разведывательных операциях и о людях, толкавших человечество к гибели и спасавших его.Книга содержит более 150 фотографий, в том числе уникальные архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное