Читаем Девоптицы (СИ) полностью

— Скажите спасибо своей птичке, — осклабился колдун. — Помогла заманить вас в комнату, в которой действуют лишь мои чары, собственные. Плиты Амбиана разрушают светлые чары. А теперь, мои славные храбрецы, придётся показать, с кем дело иметь вздумали.

Начал Тайный расти, меняться. Не остановился, пока не преобразился в многоножку, даже более крупную, чем известные.

— Полагаете, отчего мои гиганты, точнее, гигантихи, не размножались прежде? — пробасил злодей. — Да они просто девочки. А самцом оказался я. Как понадобилось, так и сделал им деток. Мы, скажу по секрету, не принадлежим ни к одному народу, постоянного тела не имеем, оттого можем «совместиться» с кем угодно. И смогу повторить это ещё и ещё раз. Иных воинов и не требуется. Готовьтесь! За то, что посмели атаковать будущее божество, сотру в прах, воспоминаний не останется.

Тем временем сверху пала Фея, начала царапать морду злодея пылающими когтями. Монстр лишь фыркнул, сделал молниеносное движение и проглотил отважную, закашлялся, из пасти повалил дым чёрный. Расхохотался злым безумным смехом, замер, закашлялся. Послышался грохот, плоть чудовища затряслась, рухнуло оно, забилось в агонии.

— Отличная мысль, — Дар хлопнул себя по бедру. — Карлик сам изолировал фею Киа от действия антимагических плит, она жжёт злодея изнутри, разрушает внутренности. Однако вряд ли сможет причинить вред тому, кто способен постоянно меняться. Мы должны помочь!

Поспешили воины к клинку, вместе с трудом приподняли его, поволокли к бьющемуся в агонии порождению тьмы. Отыскали подходящую щель, оставшуюся от удара одной из ног противника, втиснули туда рукоять. Закрыли собой, закричали, замахали руками.

Многоножка повернулась к бойцам, рыкнула от ярости, накинулась. Храбрецы бросились в стороны, один вправо, другой влево, увы, лапы достали их. Одна вонзилась в ногу царевичу, пригвоздила к полу, вторая ударила грифовитязя. Отлетел он к стене, врезался в неё, косточки хрустнули, сполз на пол и больше не двигался.

Тварь приземлилась прямо на остриё волшебного меча, но лезвие теперь также не действовало, наверное. Замерли дивины, вглядываясь в чудовищную рану, и она засветилась. Закричал Тайный страшно, начал извиваться сильнее прежнего. Видать, дар Древних лишил его способности меняться. А волшебная птица прожгла дыру в боку негодяя. Из раны фонтаном ударила кровь пополам с какой-то слизью.

— Вы и вправду думаете, что победили? — простонал раненый, воздух со свистом вырывался из его глотки. — Тот, кому известны чары перемещения душ, не станет использовать собственное тело. Я не прощаюсь, лишь затаюсь в тайном убежище, а после атакую вновь, подготовившись ещё лучше. Никуда не денетесь, умрёте смертью страшной! Каждый миг жалеть станете, что посмели связаться с величайшим из великих!

И снова злой чародей расхохотался, открыв чудовищную пасть. Однако плоть его вдруг засветилась чёрным.

— Что такое, как, отчего? — глаза умирающего вылезли из орбит.

— Я чувствую чары Тайных, — ухмыльнулась Фея. — Ты ведь признался не так давно, что желаешь прикончить их. А упомянутые злодеи, ох, как не желают отправляться в ад. Оттого привязали твою душу к телу. Больше не увидимся, прости. Могла бы сказать, что жалею, но это будет неправдой, мягко говоря.

— Не-е-ет!!! — прохрипел Тир, рухнул, дёрнулся ещё несколько раз и затих.

Пылающая птица метнулась к Дару, перевернула его тело, покачала головой, простонала тихо, скрипнула зубами. Перелетела к царевичу.

— Ты как? — спросила Киа.

— Если я что-то понимаю в ранах, моя достаточно скверная, — богатырь поморщился. — Не знаю, смогу ли выдернуть эту штуку из пола раньше, чем изойду кровью? Твоя магия здесь не работает, а освободиться не выйдет. Прошу, найди наших девушек и забери отсюда. Спросят о нас, скажи, что от Древних так и не вернулись, может, до сих пор ждём приёма. Возможно, без главаря вампиры растеряются, отступят, оставят в покое выживших девоптиц и витязей.

— Хорошо, что я изначально кое-что приготовила,? волшебная птица покачала головой. — Знала, плохо придётся, ведь Тир опаснее сотен тысяч воинов, коварнее самых изощрённых колдунов. Жди здесь, отдыхай, вернусь, как только смогу.

Улетела благодетельница, поспешив обратно в гарем, где её уже ждали три царевны. Как увидели защитницу, бросились к ней.

— Ну, чем порадуете, достопочтенная? — спросила Рида.

— Нет больше вашего обидчика, — кивнула Фея. — Я свой долг выполнила полностью, могу вернуться обратно в мир свой, Царство Красоты, и отдать вам силу разума, силу доблести и силу коварства. Но остатков магической энергии хватит на три желания. Надеюсь, вы их обдумали?

— Даже малого разума хватило мне, чтобы найти правильные, — сказала Кима. — Самым логичным было бы пожелать, чтобы Тайные никогда в наш мир не являлись, но тогда и все народы полуптиц исчезнут. Потому, вот моё слово — более всего хочу, чтобы все умершие по вине Тайных воскресли и прожили свои жизни так, как будто и не встречали демонов упомянутых на своём пути.

— Принято, — кивнула Киа.