Читаем Девочки из кошмаров полностью

Послышался нарастающий рёв двигателя, и из-за угла вылетели две яркие фары. За потёками дождя на стекле было видно недовольное лицо водителя. Больше в автобусе не было ни души. Они поднялись, заплатили за проезд и сели рядом.

Эбигейл встретилась взглядом с отражением Тимоти в окне. Они оба были полупрозрачными, как привидения.

– Я всё ещё ничего не понимаю, – призналась она. – Мы ни на шаг не продвинулись.

– Это неправда.

– Ладно, – кивнула Эбигейл. – И что же мы знаем?

– Мы знаем, что Стюарт винит тебя в случившемся. – Тимоти наблюдал за Эбигейл. Судя по её лицу, она не знала, как относиться к этому заявлению. – Мы знаем, что он видел почти то же, что и ты.

– А именно?

– Девочку. Но он думал, что это ты, а не какие-то выпендрёжницы из Нью-Джерси.

Эбигейл отшатнулась, не веря своим ушам.

– И что?.. Он боится меня?

– Могла бы сказать тому существу в углу уйти.

– Там ничего не было!

– Но это могло помочь! Стюарт боится его до чёртиков! – У Тимоти сжалось сердце. Его мысли то и дело возвращались к утреннему разговору с братом, а точнее, существом, притворившимся его братом. – По словам хозяйки книжного магазина, «Ключ к загадке мертвеца» был написан на основе реальных событий. В книге упоминался волшебный объект, кость, что наделяет своего владельца способностью контролировать чужие страхи. Так?

– Это просто глупый детектив – отозвалась Эбигейл таким тоном, будто беспокоилась за душевное состояние Тимоти.

– Но какая-то часть его событий произошла на самом деле, по крайней мере, мы практически в этом уверены. – Эбигейл моргнула и помотала головой, но Тимоти упрямо продолжил: – Кто-то насылает на нас страшные видения. Стюарт видел чудовище с когтем. Мистер Крейн – те штуки в банках. Наконец, мой утренний звонок. Да, мне уже какое-то время снились кошмары о Бене, но лишь когда я спал. А это другое. – Эбигейл вздохнула и уже собралась что-то сказать, но он ей не позволил: – Дай договорить. Я знаю, ты сказала, что больше не желаешь никому зла…

– Тимоти!

– Ты так сказала, но Стюарт явно тебя разозлил, и ты точно была сердита на мистера Крейна в музее. И на меня… – Тимоти сделал глубокий вдох. – Ты сама сказала в первый же день, когда я вызвался стать твоим партнёром. Ты думала, что я над тобой смеюсь. И приказала мне держаться от тебя подальше.

– И что с того? – насупилась Эбигейл.

– А с того, что вот тебе три причины отомстить тем самым людям, которые за компанию с тобой, если верить тебе, внезапно стали видеть жуткие вещи.

– Мы это уже обсуждали, – возразила Эбигейл. – Я уже сказала тебе вчера, что это всё Кошмарии. Они мне так помогали, хотя я их не просила! Они хотят, чтобы я пошла с ними…

– Да. Кошмарии. Которые вдруг стали объявляться в твоей квартире, потому что им резко захотелось с тобой дружить. И играть. Посреди ночи.

– Ты мне не веришь?

– Я верил тебе, пока не узнал о челюстной кости, – выпалил Тимоти. – Что, если кто-то её нашёл и научился ею пользоваться?

– И ты подозреваешь меня?

Кожу Тимоти закололо от пришедшей на ум мысли.

– Музей…

– Что?

– Помнишь, перед тем, как мы увидели картину «На краю Конца», нам на глаза попался постер про магию и религию? И мы ещё остановились у витрины, где должен был лежать какой-то древний артефакт, дававший членам племени силу контролировать страхи своих жертв? Там даже была целая инструкция: взять артефакт в руку и назвать имя жертвы – и всё, проклятье наложено.

– Челюстная кость, – прошептала Эбигейл, побледнев. – Но её забрали на чистку.

– Твоя бабушка сказала, что пришла в музей в поисках вдохновения. Но что это вообще значит?

Эбигейл разинула рот. У неё ушло несколько секунд, чтобы справиться с потрясением.

– Только не говори, что ты думаешь, будто моя бабушка…

– Я не знаю, что думать, – перебил Тимоти.

Окно запотело от их дыхания, скрыв отражение. Им оставалось смотреть друг на друга.

– А знаешь, что я думаю?! – закричала Эбигейл. Не дожидаясь ответа, она пальцем вывела на испарине большими буквами слово «дебил» и нажала на жёлтую пластиковую кнопку сбоку от окна, оповещающую водителя о требовании остановки.

Несколько секунд спустя автобус припарковался у обочины, и двери с шипением открылись.

– Что ты делаешь? – спросил Тимоти.

– Я прогуляюсь, – отрезала Эбигейл и, вскочив, чуть ли не бегом бросилась к выходу.

– Ладно, но куда ты собралась? – крикнул он ей вслед.

– В никуда!

Тимоти заторопился за ней.

На ступеньках она обернулась и разочарованно покачала головой:

– Это всего лишь дурацкая книга. Нет никаких волшебных костей, Тимоти. Я в жизни не слышала ничего глупее. Ты просто… придурод.

И она решительно зашагала прочь от автобуса.

Тимоти растерялся. Он не мог допустить, чтобы она шла домой одна так поздно, не после всего случившегося. Мало ли что поджидает её в темноте. Но затем его с запозданием осенило, что он в каком-то смысле намекнул, что это она во всём виновата, и если это правда, то ей действительно ничего не грозило.

«Какой же я идиот!» – захотелось ему взвыть.

– Ты выходишь или нет? – водитель закатил глаза.

– Выхожу! – бросил Тимоти и спрыгнул на обочину.