Читаем Девочка-лиса полностью

– И еще у нас беременная девочка-подросток, которую подвергали экзорцизму, и сожженная книга о грехопадении, –  подытоживает она.

– Ага, –  соглашается Эйр.

– И цифра 26 у Мии на бедре.

– И еще этот чертов Лука.

– Я еще раз загляну к католическому священнику.

– Предлагаю взять с собой запись с Мией, Франком и той второй свиньей, –  откликается Эйр. –  Может, это поможет его разговорить?

Санна кивает.

– Сейчас займусь этим, –  соглашается она. –  Кстати, нам надо еще раз проверить родителей Мии. Я думаю, прежде всего отца. Он, судя по всему, живет где-то за границей. Директор школы Мии говорил, что она должна была вскоре к нему переехать и пожить там некоторое время.

Эйр в замешательстве. Она помнит интервью с Мией, когда та победила в математическом конкурсе. И сцену с Ларой и Бернардом на кухне. Что Лара говорила о цветах на окне, о своей фирме, обо всем.

– Отец Мии не живет за границей. Он умер, –  проговаривает она, когда у Санны звонит телефон.

Это Вильгот Андерссон. Санна сбрасывает звонок. Тогда начинает трезвонить телефон на столе, звонят со стойки администратора.

– Да? –  Санна включает громкую связь.

Администратор, не говоря ни слова, соединяет ее с входящим вызовом. На том конце кто-то тяжело дышит.

– Алло? –  произносит она.

– Санна? –  выдыхает кто-то.

Это Вильгот.

– Санна, я думаю, тебе надо приехать. Поторопись, –  просит он, и разговор обрывается.

Солнце клонится к горизонту, и вечернее небо окрашивается в красный цвет, когда «Сааб» подъезжает к маленькой церквушке на южном мысе острова. Несколько чаек пикируют к свежевспаханному, испускающему пар полю неподалеку.

– Так он что, священник? –  спрашивает Эйр. – И в этом нигде что, люди живут?

Санна указывает в сторону дома на холме.

– Я жила вон там.

Эйр прищуривается и подается вперед. Здание красивое, но окна в нем черные. Выгоревшие проемы таращатся на холмы и поля.

Они паркуются рядом с домом священника и видят, что дверь открыта.

– Вильгот? –  зовет Санна.

Молчание. Она машет Эйр, чтобы та шла за ней. В прихожей чисто и уютно, горит свет.

– Мы что, просто войдем, или позовешь его еще раз? –  шепотом спрашивает Эйр у дверей, ведущих в гостиную.

Санна ничего не отвечает. Она поднимает пистолет, аккуратно открывает дверь и видит перед собой страшный беспорядок. Сложно решить, взлом это или просто кто-то что-то искал. Они быстро осматривают комнату и перемещаются в сторону кухни.

Дверь, ведущая на террасу, распахнута настежь, снаружи Санна замечает Вильгота.

Он стоит около сарайчиков, расположенных на самом берегу.

– Идем, –  командует она Эйр.

Они спускаются вниз по склону. Эйр бросает взгляд назад. Над всем этим местом лежит налет запустения и безвременья, даже какой-то тягостной красоты.

Вильгот дожидается их у одного из сарайчиков. Фасад его сильно пострадал от ветров и близкого моря, дверь и окна покрыты шершавым налетом соли. Черепица на крыше нависает подобно большой ладони, которая уверенно удерживает всю конструкцию на месте.

– Санна, –  Вильгот произносит это так, будто собирается обнять ее, но не обнимает.

– Мы сразу приехали, как только смогли. Что здесь такое?

Он с подозрением смотрит на Эйр.

– Что ты делаешь тут у хижин? –  продолжает Санна. –  А, это моя коллега. Эйр, поздоровайся.

Эйр протягивает руку. Хватка у священника такая сильная, что она потирает руку о бедро, когда он ее выпускает.

Санна не может вспомнить, чтобы когда-нибудь прежде ей доводилось бывать у хижин на берегу. Она, разумеется, видела их, и ей нравился вид на море и эти сарайчики, но близко к ним она никогда не подходила. Самый дальний из них лучше всего сохранился, ему не больше двадцати-тридцати лет. Дверь выкрашена охрой, а на окошке висит легкая занавеска. Но тот, что ближе всего к ним, сильно пострадал от стихии, видно, что о нем много лет никто не заботился.

– Они разве не принадлежат местному краеведческому обществу? –  спрашивает она, кивая в сторону домишек. На траве у двери валяется навесной замок, его дужка перекушена.

– Прости, Вильгот, –  продолжает она, –  но мы сейчас вовсю занимаемся расследованием убийств, и хотя мне очень хочется, чтобы ты чувствовал, что в любой ситуации можешь обратиться ко мне, это…

– Я позвонил не из-за взломанного сарая, –  отвечает он и вытягивает руку, приглашая их войти в сарайчик. – Я из-за того, что было из него украдено. Обычные селяне не крадут старые охотничьи ножи. А ты что-то такое говорила про охотничий нож, когда была у меня.

– Охотничьи ножи? –  переспрашивает Санна, останавливаясь на пороге.

– Да, все, какие были. И меня это очень беспокоит. Вокруг столько странных людей. Просто не хотел это так оставлять. А когда я звоню на обычный телефон полиции, то никто не приезжает. Сама знаешь не хуже меня, что на самый юг острова машины не отправляют. А уж тем более если речь идет о мелком взломе.

Санна внимательно смотрит на него.

– Что за охотничьи ножи тут хранились? Сможешь описать?