Читаем Девочка-лиса полностью

– Так что, –  одергивает его Санна, –  у нас тут кража со взломом? Один труп?

– Убийство, –  откашлявшись, отвечает Йон. –  Точно убийство.

– Убийство? Дежурный по телефону сказал про взлом.

– Это я поначалу, пока не осмотрелся. Думал, что чистая кража со взломом. Место такое, ну и вообще, но…

– Но?

– Сама увидишь. Настоящая резня.

Санна смотрит на дом и начинает жалеть, что не взяла с собой Бернарда.

– И кто жертва?

– Зовут Мари-Луиз Рооз. 74 года.

– Семья есть?

– Детей нет. Мужа не было дома. Мы уже послали людей на поиски.

– Мари-Луиз Рооз, –  бормочет Санна себе под нос.

– Да, ты ее знаешь, что ли?

– Имя знакомое.

– Ну о ней писали немного в газетах. В основном потому, что она кучу денег отвалила на благотворительность и всякие там проекты. Например, оплатила строительство нового хосписа, помнишь, там еще история была скандальная с этим новым зданием у лесопилки, когда они получали разрешение.

Санна помнит. Мари-Луиз Рооз была основным благотворителем в составе группы частных жертвователей. Благодаря их усилиям новое современное здание возвели на территории старой усадьбы, имевшей статус культурного наследия.

– У этой денег завались было, –  говорит Йон.

– Точно. Антикварные книги. У нее же до недавнего времени был магазин редких книг в центре, да?

– Деньги она зарабатывала в основном на первых изданиях, рукописях и всяком таком, продавала их толстосумам по всему свету.

– Но недолго?

– Нет, вышла из дела, когда все сделки стали заключаться в сети. Но наверху у нее осталась небольшая библиотека.

– Так это могла быть кража со взломом? Ради книг?

– Может, и так, только я в этом не уверен.

– Ее не тронули? Комнату с книгами?

– Похоже на то. Но страховое агентство нам подскажет, если это не так.

– А супруг?

Йон листает свой блокнот, читает что-то, снова листает.

– Франк Рооз. Рано вышел на пенсию.

– А до этого?

– Был геологом.

– Ученым?

– Да, в молодости. Потом консультантом. В основном в музее Форнсален. –  Он читает дальше свои записи. –  Немного даже в промышленности поработал. Очевидно, на компании, которые пытались получить разрешение на разработку известняка.

Санна задумывается ненадолго.

– В последние годы ведь с этими разрешениями было много протестов и скандалов.

– Да, но тогда он уже на них не работал. Ушел на пенсию лет десять назад.

Санна чешет в затылке и снова смотрит на дом. Краем глаза она видит, что лицо Йона снова приобрело безразличное выражение, как обычно бывает, когда ему больше нечего добавить.

– Пойдем внутрь? –  спрашивает она и понимает, что ее ужасно раздражает, что Эйр до сих пор нет на месте.

– А твоя новенькая?

– Да ладно, попросим отправить ее обратно в управление, когда придет. Пусть проходит сегодня вводный курс. Заходим.

Она сминает бумажный стаканчик и засовывает его в карман.

– Хорошо, –  отвечает он. –  Слушай, а когда она на остров приехала? Забыл, что ты там говорила.

– Ничего не говорила. А зачем тебе?

– Да нет, просто интересно, она уже была тут в субботу вечером?

– Она приехала на пароме утром в субботу. Почему ты спрашиваешь?

– Да нет, ничего такого, скорее всего. Но ты слышала про двух девиц, которых мы на днях забрали?

– Любительниц малевать граффити, что ли? –  переспрашивает Санна. –  Тех, которые подрались и попали в больницу?

– Они утверждают, что дрались не друг с другом, а с бабой в кожаной куртке, которая на них напала и чуть до смерти не забила.

Санна смеется:

– Я так понимаю, они пришли разукрасить дом девочке, которую до этого травили. Нанюхались, наверное, потом достали ножички и полезли друг на дружку, когда кровь взыграла.

Йон застывает на месте.

Она такое и раньше видела: у него в лице всегда появляется холодок, если кто-то позволяет себе над ним посмеяться. Особенно если этот кто-то женщина.

– Это случилось в Тальдунгене, –  говорит он. – А где, кстати, твоя новенькая живет?

Именно в этот момент к ним подходит Эйр. В лучах утреннего солнца она кажется крупнее и мощнее, чем вчера.

– Ты опоздала, –  произносит Санна.

– Знаю, –  бросает Эйр, проводя рукой по своей взъерошенной шевелюре.

– Йон, –  он протягивает руку для приветствия. Она берет ее и настороженно смотрит на него. Ищет какой-нибудь проблеск тепла во взгляде, но так и не находит. –  Вы тут новенькая, легко, наверное, заблудиться? Вы откуда шли?

– От Корс-парка.

– Вы хотели сказать Корс-сквера, –  поправляет он со смешком и оборачивается к Санне. –  Это же прямо рядом с Тальдунгеном. Мы с Санной как раз говорили про Тальдунген.

– Да? –  непонимающе отвечает Эйр.

– Ну что, пошли? –  обрывает его Санна и направляется в сторону большого огороженного дома.

Остальные следуют за ней. Видно, как в нескольких окнах сверкает фотовспышка. Эйр косится на Йона.

– Когда именно вы получили вызов?

– Примерно в 04:30, –  отвечает он. –  Соседка вышла за газетой, увидела, что дверь нараспашку, и зашла проверить, все ли в порядке.

– А когда объявили мужа в розыск?

– В 05:00. Я лично это сделал, как только прибыл на место.

Эйр резко оборачивается к Йону.