Читаем Девочка и пёс полностью

– Господин инрэ, я прекрасно вижу что происходит, – сказала женщина, едва справляясь с тем чтобы унять в голосе дрожь. – Шайто слоняется вокруг вашего шатра и сверкает глазами, якобы жаждет возмездия за своего человека. Хотя на самом деле ему плевать на Ливара, он и имя то его наверно узнал только когда ему сообщили об убийстве. Вы же, думаю, знаете как у них устроено в "Бонре". Каждый наёмник стоит немалых денег, часть из которых платиться авансом. Да к тому же их еще дополнительно тренируют и откармливают в особых лагерях. И потому за смерть любого из них "Бонра" сурово взыскивает со старших офицеров, в том числе опять же и деньгами. Вот Шайто и изображает праведный гнев и требует убийцу, чтобы потом тыкать этим в морду своим начальникам в качестве дополнительного оправдания. И я также прекрасно понимаю, господин инрэ, что вам хочется по быстрее со всем этим развязаться и спокойно ехать в Акануран. И тут подворачиваюсь я, коварная особа с темным прошлым, и к тому же вроде как имеющая непосредственное отношение к делу. Очень удобно и просто всё свалить на меня и все будут довольны. Вы, Эркхарт, Шайто, Мелинор. Но предупреждаю, ничего у вас не выйдет. Я вовсе не наивная беззащитная дурочка, которая позволит вести себя на виселицу как бессловесную скотину. Мой отец достаточно влиятельный человек и у меня немало друзей, которые…

– Достаточно, – прервал её Мастон Лург.

Кория умолкла, но алые пятна на ее бледном лице говорили о бушующем внутри огне и то что она явно готова зайти весьма далеко в своих угрозах. Может поэтому судья и остановил её, ради неё самой, не давая ей сказать чего-то непоправимого. Почти минуту в шатре царила полная тишина за исключением скрипа невозмутимого пера Зузона, который, усердно сопя, заносил в протокол последние слова подозреваемой. Наконец он со вздохом облегчения закончил.

– Госпожа Кория, – вполне спокойно и даже нравоучительно заговорил судья, – вы находитесь в весьма опасном заблуждении насчет собственной персоны. Это заблуждение может вполне мирно просуществовать в вашей голове всю вашу жизнь, а может привести вас к гибели. Вы всего лишь торговка пряностями, не блещущая ни особой красотой, ни особым умом. Да, возможно вам повезло когда безвременно скончался господин Формоза и еще больше повезло, когда умер господин Жужуй, но это только везение, которое может неожиданно закончиться. Пугать королевского судью влиятельным отцом и какими-то друзьями неимоверная глупость, граничащая с безумием. Судебная Палата отправляла на эшафот маршалов, герцогов, министров и даже, если вы помните, однажды венценосную особу, супругу Его Величества Юнгвальда Бравого, королеву Чикону. К тому же я как раз еду на дружескую аудиенцию к верховному претору, герцогу Этенгорскому, думаю ему будет весьма забавно послушать о могущественных друзьях базарной фанчстерской торговки, собирающихся оказывать давление на королевский суд.

Глаза Кории потемнели от гнева и унижения. Но хоть что-то возразить она не смела.

– И вы напрасно полагаете, – продолжил Лург, – что вас выбрали козлом отпущения. Как бы не было вам трудно поверить, но я совершенно беспристрастен в этом деле. И на вас я обратил внимание только потому что вы много лжёте. Нам отлично известно, что свой кинжал Радвиг отдал вам и что в ночь убийства вы не были у себя в фургоне, по крайней мере не всю ночь.

– Знаете?! – Презрительно воскликнула женщина. – И откуда же вы это знаете?

– Из проведенного расследования, – не моргнув глазом, холодно произнес судья. – Но поскольку вы пока еще не обвиняемая, а лишь свидетельница, детали расследования вас не касаются. Но ваша ложь, конечно, наводит на размышления.

Кория с ненавистью поглядела на судью, но потом опустила глаза и вроде как успокоилась. Повернула голову и встретилась взглядом с Элен.

– Ребёнка-то зачем заставляете слушать всю эту мерзость? – С горечью спросила Кория.

– Ну может хочу чтобы моя племянница, ужаснувшись вам, захотела бы не быть похожей на вас.

– Чем же я так ужасна?

– Например тем что постоянно лжете. Где вы были в ночь убийства?

– Это вас не касается!

– И кинжал господин Радвиг вам не дарил?

Кория замешкалась с ответом. Она словно взвешивала все "за" и "против" обоих вариантов.

– Нет, не дарил, – тихо сказала она.

Лург даже не стал глядеть в сторону Элен, чтобы в очередной раз убедиться что это ложь. Он решил что пора заканчивать.

– Вы убили господина Ливара?

– Нет, – быстро и с сильным чувством ответила женщина.

Совершенно уверенный в результате, Лург поглядел на стол Элен. Карандаши остались в неприкосновенности. В первый миг судья подумал, что девочка просто забыла о своих обязанностях. Но нет, она демонстративно взяла карандаш правой рукой, покачала его, бросила и, встав из-за стола, куда-то ушла.

Судья несколько оторопел. Кория с некоторым удивлением наблюдала за всем этим, а Зузон, отложив перо, радовался передышке.

Элен, пыхтя от натуги, принесла из глубины шатра, из отгороженного занавеской помещения, поднос с деревянными стаканами и двумя графинами.