Читаем Девочка и мальчик полностью

Катрин идет рядом с господином Лессовым. Они почти одного роста. Взгляд господина Лессова выдает его мысли. И он свое мнение не утаивает, говорит сыну:

— А твоя Катрин мне нравится!

— Да, ты в этом понимаешь, — откликается сын.

Отец улыбается.

В гостиной стоят кожаные кресла, большой солидный диван, телевизор и много цветов на подоконнике. Франк приглашает Катрин сесть на диван.

— Ногу можешь вытянуть, — говорит господин Лессов и закуривает сигарету. — А ты куришь?

— Нет.

— Очень хорошо, бережешь здоровье.

— А вы не бережёте? — спрашивает Катрин.

— Благоразумие — это одно, желание — другое, — отвечает господин Лессов и протягивает сигарету сыну.

На диване сидеть очень удобно.

Господин Лессов расспрашивает Катрин о том о сем, охотно и сам рассказывает, порой удивляя Катрин. Так, например, он хорошо знает мастерские отца. Катрин отвечает не очень уверенно. У нее даже возникает такое чувство, что господин Лессов хочет только допытаться, какой она человек. Однако это чувство скоро пропадает, отец Франка смеется и шутит, вступает в спор с сыном.

— Мой глубокоуважаемый сын истинный счастливчик, — говорит он, — по его вине происходит несчастный случайна жертва, вместо того чтобы ругательски его ругать, приезжает к нему в гости. Никаких у парня неприятностей, одни приятности. Вот так у него всегда. Если дело и дальше так пойдет, он в жизни не испытает трудностей.

— Ну, ты о них для меня позаботишься, — поддерживает Франк отца, — и чепуховыми они не будут.

— Как, это я создаю тебе трудности? Интересно, — господин Лессов насмешливо смотрит на сына.

Но тут госпожа Лессов вносит кофе, ставит на стол печенье.

— Оставайся с нами, Эльвира, времени для кухни у тебя еще хватит.

Госпожа Лессов садится, берет сигарету и просит у Франка прикурить.

— Моя жена не пьет кофе, — говорит господин Лессов, — почему, этого я не знаю.

— Знаешь, знаешь.

— Мне кофе, во всяком случае, весьма по вкусу.

— Стало быть, все в порядке, — откликается госпожа Лессов и бросает на мужа короткий взгляд.

Катрин этот взгляд замечает, она удивлена. На мгновение лицо госпожи Лессов выражает едва ли не враждебность.

Кофе всех оживил, Катрин тотчас ощутила его действие.

— Но хорошенькая девочка в доме, пожалуй, еще лучше, чем кофе.

— Ну и ну, девочку с кофе сравнивать, — ворчит Франк.

— А что ты имеешь против, — смеется отец, — ты же знаешь, что значит для меня кофе. Считай это комплиментом.

На улице опять идет снег, и разговор заходит о нынешней зиме. Катрин рада, что может рассказать, как проводила дни у озера.

Но в разгар их беседы господин Лессов смотрит на часы, поднимается и говорит:

— Мне пора. Еще много дел. — Он подает Катрин руку: — Надеюсь, мы скоро опять увидимся. А сыну моему верь во всем, кроме тех случаев, когда он говорит об отце.

— Ты едешь на завод? — спрашивает его жена.

— Да. И вернусь поздно.

— Но сегодня хотели прийти Шультесы.

— Отмени. Я ничего сделать не могу.

— Один раз я уже отменила нашу встречу.

— Ну, Эльвира, придумай что-нибудь.

…Катрин и Франк остаются одни.

— Давай сходим в кино, — предлагает Франк.

Катрин согласна.

Они идут к матери на кухню.

— Большое спасибо за обед, — благодарит девочка.

— Когда ты вернешься? — спрашивает госпожа Лессов сына.

— Не знаю.

— Хорошо, если бы не очень поздно.

— Посмотрим.

Рука у госпожи Лессов холодная. Она слова не проронила, что хочет опять видеть Катрин.

Фильм они смотрят шведский, это история любви.

Большая часть зрителей — молодежь, многие пришли, чтобы посидеть в тепле и темноте друг с другом. Но Франк и смотрит и слушает с напряженным вниманием, Катрин же не очень внимательна. А все из-за близости Франка. Что там на экране происходит, мало занимает ее: героиня — яркая блондинка, очень красивая и скучная.

Катрин кладет ладонь на руку Франка. Он оборачивается к ней, и в полутьме ей кажется, что он улыбается. Растопырив пальцы, он сжимает руку Катрин.

Когда они вышли из кино, на улице уже стемнело.

— Ну, что скажешь о фильме? — интересуется Франк.

— Красивая природа.

Франк смеется.

— А о людях?

— Тоже очень красивые, и он и она.

— Я провожу тебя.

— Но это же большой крюк.

— И провожу.

Если бы не такой холод, они пошли бы пешком — по Димитровштрассе прямо, потом по Берзаринштрассе. Но они едут на трамвае, дышат на заиндевевшее окно, прогревают глазки, а головы их почти соприкасаются.

У дома Катрин они смахивают друг с друга снег, входят и остаются в подъезде, который кажется им теплым.

И тут мальчик целует девочку.

Катрин этого ждала. Она ощущает на щеке прохладные губы Франка. Свет в подъезде тухнет. Но Франк его снова включает.

— Зайти завтра за тобой?

— Да, — говорит Катрин, — я буду тебя ждать.

— У нас еще много времени.

— Не знаю.

Катрин прильнула к Франку.

— Можно, я поднимусь к тебе?

— Поезжай лучше домой, твоя мама рассердится и станет ко мне плохо относиться.

— Ну, ты не знаешь моей мамы.

— Твой отец совсем другой.

— Каким показался тебе мой старик?

— Большой начальник, веселый человек.

— Большой начальник — да. Но веселый? А, бог с ним. Ты же слышала — не верь тому, что я о нем скажу.