Читаем Девочка. Девушка. Женщина полностью

Милена: Мы жили в Германии в военном городке. Мама врач. Папа был военнослужащим в звании капитана (два года назад он умер от онкологии). Так как городок был небольшой, все друг друга знали в лицо. И тот ад, который творился у нас дома, скрывался любыми способами. Отец избивал маму, а меня на это время закрывал в шкаф или туалет. Мама не кричала, потому что он закрывал ее рот рукой, в котором всегда было полотенце или любая тряпка. Иногда носки. Я слышала мамины стоны сквозь его руку. Он не бил ее по лицу, а только по туловищу. Бил так, что маму рвало кровью. Укладывал ее на пол, садился сверху и коленями зажимал руки, чтобы не могла шевелить ими. Прижимал рукой голову к полу и бил, бил, бил. Когда все это заканчивалось, он приводил меня в комнату и говорил нам с мамой, что, если мы хоть кому-то расскажем, он застрелит нас. Однажды он сломал маме ребра, но об этом мы узнали только тогда, когда она не могла уже пошевелиться и тяжело дышала. Ее положили в больницу, и около 10 дней я жила с отцом. Он не трогал меня пальцем, но морально держал в таком напряжении, что однажды я просто не выдержала и набросилась на него. Я царапала его лицо, и в ответ он меня ударил ладонью по голове. Мне было 10 лет. Не знаю, как это объяснить, но после того, как он ударил меня, мне стало легче. Трудно описать словами напряжение в теле, которое было до удара по лицу. Если вспоминать свое детство и подростковый возраст, это сплошной страх.

Милена – одна из тех девочек, что оказались и свидетелями, и участницами насильственного процесса в семье. Ее жизнь сложилась вполне предсказуемым образом для жертвы семейного насилия. Милена дважды была замужем.