Читаем Девочка. Девушка. Женщина полностью

Елизавета: Мой муж изменяет мне, и это самая главная проблема в наших отношениях. Он очень внимателен со мной. Не грубит, не пьет, зарабатывает. Заботится. Почти идеальный. Но раз в полгода точно происходит залет. Потом просит прощения, и вроде все налаживается. У нас появляется страстный секс, мы вместе проводим время и отдыхаем. Потом все как-то стихает, секс происходит все реже и реже. У меня просто пропадает желание. Потом опять залет с его стороны.

Классика жанра! Елизавета яркий представитель дефицитарной сексуальности. Ей сложно быть в полноценной близости с мужем без стимулятора, которым становится его измена. В реальной жизни, когда надо выстраивать зрелые отношения, она избегает близости с мужем под разными предлогами. Как только происходит измена, она погружается в знакомое себе состояние отверженности и отсутствующей в детстве нарциссической верификации и пробуждает свою сексуальность. Елизавета говорит, что ее муж практически идеальный. «Внимательный, заботливый, зарабатывает». Такой тип мужчины и формат отношений ей не подходит. Необходима измена, встряска, чтобы Елизавета пробудилась. Это естественно, так как дефицитарная сексуальность часто выражается пассивным отношением к сексу.

Для многих женщин с дефицитарной сексуальностью сама близость и соитие с мужчиной неприятны на бессознательном уровне. Они могут испытывать физическое влечение, но не психологическое. Женщина любыми способами пытается избежать близости с мужчиной. Начинают срабатывать бессознательные психологические защитные механизмы. Формой защиты от секса с мужем может служить женская агрессивность. Обнаруживая массу недостатков в своем партнере и скандаля с ним, женщина находит легитимный способ избежать близости.

Например, женщина живет с алкоголиком, и пьяный муж – это прекрасный повод избежать секса с ним. Он в какой-то степени становится выгоден для нее. Она ворчит и просит его бросить пить, но даже не догадывается, что если это произойдет, нужно будет строить зрелые отношения, в том числе и сексуальные, но она к этому не готова.

Ольга: Я не могу уйти от мужа-насильника. Он бьет меня, душит. Может швырнуть на кровать, ударить кулаком в живот. После этого мы можем не общаться несколько дней. Миримся, и все снова повторяется через какое-то время.

В жизни Ольги дефицитарная сексуальность имеет двойное значение. С одной стороны, насилие мужа оберегает ее от близких отношений, с другой – побои восполняют недостаток в тактильности. Да, вот таким нездоровым образом, но восполняют.

Виктория: Для меня сексуальная связь с мужем обычное явление. Процесс скорее механический, нежели душевный, чувственный и телесный. Я не получаю удовольствия и ложусь в постель от головы. Понимаю, что мужу это необходимо. Надеюсь, он ничего не подозревает! Конечно, я не лежу как бревно.

Да, для таких женщин близость – это исключительно механика и логика. Они отключены от сексуальной энергии.

«Мы ругаемся с мужем из-за того, что я очень скучная в постели. Я этого и не отрицаю. Мужу важна игра, как он говорит. У меня с этим проще. Разделись, привычная поза – и разбежались. Мужу так не подходит. Он пытается меня разжечь, но все без толку. Не могу я фантазировать, как он».

Еще одно проявление дефицитарной сексуальности – это слабо выраженные сексуальная эмоциональность и воображение. Секс для таких женщин не является формой творчества, а имеет некий алгоритм. Шаг первый, шаг второй, шаг третий… Если мужчина настаивает на каких-то переменах и разнообразии, это может обижать женщину. Ей может казаться, что совершается посягательство на ее идентичность, и она еще сильнее закрывается.

Это всего лишь малая часть того, как дефицитарная и деструктивная сексуальность проявляется в жизни женщины, чьи сексуальные границы были нарушены в детстве.