Читаем Девятый круг полностью

– Вот, к примеру, первая записка: «Если то, что тебя окружает, мало похоже на то, о чем ты мечтаешь, нет смысла приходить в этот мир». Извращенная философия, но это не важно. Важно, что первое слово, номер один в последовательности Люка, – «Если».

– Вторая записка, найденная рядом с останками Ванессы Побласьон, – вмешался Альберто, – начинается так: «Если ты хочешь действительно понять причину моего поступка, разгадай тайный смысл этого письма». Второй член прогрессии – три: «Хочешь».

– Третья записка гласит: «Я должен обязательно найти выход из создавшегося положения, отбросив прочь колебания», – продолжал Орасио. – И числа Люка указывают нам на четвертое слово, то есть «найти».

Снова заговорил Альберто: они с Орасио как будто бросали друг другу мяч в словесном теннисном турнире.

– «Я искал формулу счастья в игре, ответ не нашел и погиб безвозвратно». – Он поднял обе руки и показал семь пальцев, обозначая следующее число последовательности: – «Ответ».

– «Если ты намерен найти объяснение моим поступкам или, может, понять непременно их тайный смысл, подумай, что я тот, кто плачет», – процитировал Орасио. – Одиннадцатое слово – «непременно».

– «Если хочешь найти ответ, непременно…» – принял подачу Альберто и сделал крошечный глоток «Кавы». – Пять записок, пять слов. Остальные – загадка. Но быть может, и нет.

– Понимаешь, Себаштиану, это еще не все, – пояснил Орасио. – Ключевой фразой одной из самых известных книг твоего отца является следующая: «Если хочешь найти ответ, непременно исследуй все возможные вероятности». Очень простая мысль, но она выражает идейную сущность латерального мышления.

Себаштиану зажмурился и глубоко вздохнул, чтобы справиться с внезапным головокружением. Каин. Его отец. Общество «Друзья Кембриджа»… Что происходит?

– Находка Орасио автографа Данте отмечалась в специализированной прессе несколько месяцев назад, – подхватил Альберто. – Как ты помнишь, мы получили автограф не сразу, а после того, как были соблюдены кое-какие формальности, связанные с наследством. Тем временем новость об удивительном открытии распространилась среди литературного сообщества. В ежедневных изданиях появились тематические обзоры, хотя владельцы автографа, как и мы сами, благоразумно хранили молчание. Примечательный факт у кого угодно мог вызвать определенные ассоциации, и у этого человека было достаточно времени, чтобы подготовить преступление.

– Из чего следует, что убийца знаком с нами, и с самого начала он замыслил вовлечь нас в эту зловещую игру, – добавил Орасио.

– Господи Боже, – вырвалось у Себаштиану. Голова у него пошла кругом от такого неожиданного поворота событий. – А зашифрованная фраза?

– Уверен, ты имеешь представление о латеральном мышлении, – сказал Орасио.

– Мне хорошо известна концепция Эдварда де Боно,[65] – ответил Себаштиану. – Использование приемов латерального, или нестандартного, мышления позволяет творчески решать практические задачи. Иными словами, существует масса проблем, которые требуют альтернативного подхода и всестороннего рассмотрения для их эффективного разрешения. Я не знал, что отец интересовался трудами Боно.

– Тем не менее это так, – подтвердил Орасио. Они довольно часто беседовали. Твоего отца очень занимали методы творческого мышления, и он опубликовал несколько статей и книг по теме. Вступлением к одной из книг служит фраза, по-видимому, вплетенная в текст «предсмертных» записок Каина. Заметь, что фраза состоит ровно из девяти слов.

Себаштиану вполголоса выругался. Они поговорили еще немного, условившись, что «Друзья Кембриджа» пришлют ему экземпляр упомянутой книги. И она будет первой из книг отца, которую он возьмет в руки. Судьба в очередной раз подшучивала над ним.

Себаштиану пробрался к выходу, не обращая внимания на толпившийся вокруг народ – гости постепенно расходились. Он втянул в себя прохладный воздух и почувствовал, что голова понемногу проясняется. Он постоял некоторое время, рассеянно глядя на золотистые блики света, падавшие от фонарей на ветви деревьев. Из задумчивости его вывел баритон Оскара.

– Себаштиану, подожди. Я забыл сообщить тебе об одном досадном происшествии, которому, впрочем, мы не склонны придавать большое значение. Сегодня утром к нам на Баркильо явился незваный гость: репортер по имени Гарри Альварес. Ты слышал о нем?

Себаштиану неприязненно поморщился.

– К сожалению, да. Чего он хотел?

– Информации. Как и все прочие. По поводу следствия.

– Подлая тварь работает на «Конфиденсиаль», – предупредил Себаштиану. На этой неделе он опубликовал гнусную статью о маньяке и убийствах. Вы с ним разговаривали?

– Разумеется, нет, – ответил Оскар. – Полагаю, он остался недоволен. И даже посмел угрожать. – Он недобро усмехнулся. – Он угрожал нам.

Гарри Альварес явно испытывал его терпение. Себаштиану с содроганием представил себе следующий выпуск журнала.