Читаем Девятый круг полностью

– Первое и самое основное: серийные убийцы обычно обладают высокими умственными способностями, – пояснил Себаштиану. – Это люди с аномальной психикой, но следует помнить, что они не сумасшедшие, не осознающие свои поступки. В большинстве своем они расчетливы, социально адекватны, уверены в себе, обаятельны и безнравственны. Серийным убийцей может оказаться семейный стряпчий или продавец из магазинчика за углом, застенчивый человек, встреченный на автобусной остановке, или закоренелый соблазнитель с дискотеки. Я хочу сказать, что серийник не соответствует стереотипу классического убийцы, именно потому его так трудно поймать. То обстоятельство, что он наслаждается чувством превосходства и власти над своими жертвами, превращает его в особо опасного преступника: он убежден, будто имеет право на убийство и насилие, хотя прекрасно отдает себе отчет, что его действия безнравственны и незаконны. И главная опасность состоит в том, что для нас его логика непостижима, его мотивы не укладываются в наши стандартные схемы. Его мало вдохновляют деньги, политика и месть в обычном понимании.

Себаштиану пригубил кофе и продолжил:

– Такие монстры воспринимают убийства как какой-нибудь телесериал. Когда одна серия заканчивается, зритель заинтригован, недоволен паузой в повествовании и ему не терпится увидеть продолжение. Серийные убийцы наделены богатой фантазией. Они проигрывают в воображении сцену убийства, они придумывают, как лучше, изощреннее реализовать свои навязчивые идеи и как усовершенствовать тот или иной элемент схемы или ритуала убийства. Серийники редко останавливаются по своей воле, если им не помешает арест или смерть. Они подвержены патологической зависимости от своих фантазий, как алкоголики или наркоманы, так что практически вынуждены совершать зверства.

– Ну да, надеюсь, ты не собираешься сказать, что само общество толкает их на путь преступлений, – прервала его Беатрис.

– Этой теории придерживался Руссо. Не вызывает сомнений, что на формирование психики людей оказывают влияние социальные факторы, например, социально-экономические, семейные или сексуальные, вроде эдипова комплекса. Но специалисты также сходятся во мнении, что общество не создает убийц. Как правило, у них в анамнезе трудное детство, и они пережили жестокое обращение, физическое или моральное насилие, однако неблагоприятная семейная атмосфера не является непременным условием, провоцирующим патологическую личность начать серию убийств.

– Ты неплохо подкован! – воскликнула Беатрис. Ее глаза заблестели.

– Он профессор, – серьезно сказал Морантес.

Себаштиану закатил глаза.

– Мне продолжать? – спросил он.

– Конечно, – ответила Беатрис с дразнящей улыбкой, обозначившейся на губах; неяркий тон светло-розовой помады подчеркивал их соблазнительность. В мягком золотистом свете люстры молодая женщина казалась еще привлекательнее.

– Итак, серийные убийцы существовали всегда. Было бы неправильным считать их порождением нашего времени, хотя лишь теперь их появление вызывает широкий общественный резонанс. Например, знаменитый граф Дракула, в действительности Влад Тепеш, князь Валахии, борец против турецких завоевателей, – серийный убийца, живший в пятнадцатом столетии. Он получил прозвище Влад Сажающий на Кол из-за кровожадной привычки протыкать своих врагов кольями, облитыми маслом, и пировать, глядя, как они медленно умирают в муках. Предупреждаю, я преподаю в университете, а потому склонен к отступлениям от темы и пространным речам, так что остановите меня, если вам надоест.

Беатрис издала короткий смешок и картинно откинулась на спинку дивана, устраиваясь поудобнее.

– В применении к той далекой эпохе, когда были обыденностью право постоя[44] и ритуальные жертвоприношения, инквизиция и охота на ведьм, понятие «серийный убийца» выглядит довольно расплывчатым. С другой стороны, даже в наше время с его устоявшимся законодательством и манерой все квалифицировать и систематизировать, далеко не просто дать исчерпывающую характеристику такому персонажу, как серийный убийца. Но, как говорится, что было, то было – серийные убийцы появлялись и прежде. В качестве еще одного примера можно привести бесчеловечную жестокость Жиля де Ре, который за свою жизнь убил и замучил около двух сотен детей.

– Чудовище, – прошептала Беатрис.

– Действительность во много крат хуже вымысла, – вздохнул Морантес.

– Верно. Однако, – продолжал Себаштиану, – первым серийным убийцей нового времени стал Джек Потрошитель. За два месяца он умертвил в общей сложности пять проституток в лондонском восточном квартале Уайтчепел, страшно их изувечив. Он практически отрезал им головы, выпускал кишки, вырезал яичники, а в отдельных случаях еще и матку и неизменно оставлял рядом с телом записку: «Yours truly, Jack the Ripper». To есть: «Искренне ваш, Джек Потрошитель».

– И его так и не поймали, – вставила Беатрис.

Себаштиану кивнул.