Читаем Девятый круг полностью

– Гипотеза подтверждается, – признала Беатрис. – Я не до конца поняла профессиональный жаргон эксперта, дававшего пояснения. Если вкратце, ребята из лаборатории уверены, что анализ показывает возможное заболевание сахарным диабетом. В настоящий момент мы допускаем, что ампула из-под инсулина, найденная тобой на парковке, принадлежала убийце. Мы составляем список диабетиков, зарегистрированных в больницах и клиниках Испании, но боюсь, что общее количество больных окажется огромным. Не знаю, поможет ли нам этот факт. И криминалисты утверждают, что на осколке нет отпечатков.

– А сегодняшнее убийство? – спросил Себаштиану.

– Пабло Гарсиа, – монотонно заговорила Беатрис. – Цыган, двадцать семь лет, наркоман со стажем. Найден мертвым в трущобах в южном квартале города. Причина смерти – удушение и утопление, не считая сильного ушиба в затылочной части черепа. Младший сын одного из наркобаронов, который контролирует северный район: папочка, мягко говоря, не очень доволен. Мы пытаемся предотвратить резню между конкурирующими кланами.

– Раньше ты сказала, что его утопили в луже грязи, разве нет? – уточнил Себаштиану. Он вдруг ощутил глубокую усталость.

Беатрис согласно кивнула.

– Напоминаю, какой ливень был ночью. Убийца нанес жертве удар сзади, чтобы оглушить его, а затем держал голову в грязной луже, пока бедняга не захлебнулся. Эксперты оцепили зону в сорок квадратных метров и прочесали каждый сантиметр площади. Мы нашли кое-что любопытное.

Себаштиану поднял на нее глаза.

– Пустую коробочку из-под инсулина, принимаемого перорально, и серебряную подкову в кармане Гарсии.

– Мальчик владел элитной конюшней? – спросил Морантес.

– Очень остроумно. Ничего похожего. Подкова была завернута в очередную записку. Я только не понимаю, что это значит, хотя я прочитала соответствующую песнь «Комедии».

– Филиппе Ардженти, – вмешался Себаштиану. – Один из обреченных пятого круга. Могущественный флорентийский рыцарь, как характеризует его Боккаччо. Славился неукротимым нравом и тщеславием. По легенде, он подбивал копыта своих лошадей серебряными подковами.

Профессор отметил, что на лице младшего инспектора проступило выражение досады. Она явно огорчилась, что не сумела расшифровать смысл тайного послания.

– Полицейское досье? – продолжил расспросы Себаштиану, желая сменить тему.

– Приговаривался несколько раз за распространение наркотических препаратов и хулиганство. Лично я посадила бы его без долгих размышлений только за выдающиеся родственные связи.

– Психологический портрет?

– Представь себе: вспыльчив, легко давал волю кулакам, чем и знаменит. На записке отпечатков не найдено. – Беатрис встала, взяла со стола конверт и протянула Португальцу. – Вот фотокопия, – сказала она.

Себаштиану открыл конверт и вслух прочитал текст:

Себаштиану ненадолго задумался, потом положил записку на стеклянный журнальный стол. Достав из кармана том «Комедии», он начал листать страницы, пока не нашел нужную песнь.

– Очевидно, он опасается, что мы не поймем его иносказаний. – Себаштиану с горечью усмехнулся. – Он вновь использует фразеологию Данте. «Я тот, кто плачет» – строчка письма, которое мы только что прочитали, заимствована из терцины, или трехстишия, песни восьмой, посвященной пятому кругу. В последнем послании он вновь упоминает некий путь, как и в «предсмертной» записке Хуана Аласены. Похоже, образ дороги важен для убийцы. В психиатрии он может означать смятение рассудка, тяжелое тревожное состояние, раздвоение личности…

Себаштиану сделал паузу, снова погрузившись в размышления. Наконец он поинтересовался:

– Что вы знаете о серийных убийцах?

Выражению лица Беатрис мог бы позавидовать игрок в покер.

– Кое-что, хотя вынуждена признаться, я в этой области не специалист.

– Как ты верно заметил, в Испании подобные преступления случаются не часто, – прокомментировал Морантес.