Читаем Девятьсот бабушек полностью

— Это явление — психический нексус [22] в виде удлиненного купола, проще сказать, головы, — начал именитый ученый доктор Вонк Великов. — Он сохраняется благодаря бессознательному сцеплению, по крайней мере, двух мозгов, один из которых, более сильный, принадлежит человеку, умершему много лет назад. Этот нексус существует, по-видимому, чуть менее века. На протяжении следующих ста лет он будет постепенно слабеть. Нам известно из европейского, а также из камбоджийского фольклора, что подобные зачарованные образования редко живут более двухсот пятидесяти лет. Человек, воплотивший в жизнь подобную вещь, обычно теряет к ней интерес, а также ко всем другим мирским вещам на протяжении ста лет по своей смерти. Это просто предельный психотанатомическкий [23] срок. Как тактический прием, краткосрочный психонексус неоднократно применялся в военных целях. Покуда нексус в состоянии поддерживать собственное бытие, он порождает групповые иллюзии. Но, в общем, все это достаточно просто. Такой нексус не может обмануть ни птицу, ни кролика, ни камеру. Только человека. Погодные условия здесь ни при чем. Это чистая психология. Я очень рад, что сумел дать научное объяснение этому феномену, иначе я бы лишился покоя.

— Это явление — геофизический дефект вкупе с ноосферическим, — высказал свое мнение именитый ученый Арпад Аркабаранян. — Ширина долины, действительно, восемьсот метров, и в то же время — всего полтора. Если мы измерили верно, у нас получился двойственный результат. Разумеется, дело здесь в погодных условиях. Все в мире явления, включая сны, зависят исключительно от погоды. Обманулись именно камеры и животные, поскольку измерение им несвойственно. Только человек способен постичь истинную двойственность. Это обычное явление, если смотреть на него с точки зрения геофизических дефектов. Один из них: земля может либо приобрести, либо потерять восемьсот метров, которые непременно должны где-то возникнуть. К примеру, они могут протянуться вдоль всей полосы Кросс-тибер [24] от юго-востока Канзаса через центральную Оклахому до Техаса. И даже деревья там могут появиться те же самые. Человек в здравом уме и твердой памяти будет возделывать землю на этих восьмистах метрах, разводить скот, но на самом деле этих метров просто не существует. Очень похоже на один район в германском Шварцвальде[25], называется Luftspiegelungthal. Он то есть, то его нет, в зависимости от обстоятельств и отношения к нему наблюдателя. Или еще Безумная гора в Моргане, штат Теннеси, она тоже иногда исчезает. А возьмите Мираж Литтл Лобо, к югу от Пресидио, что в Техасе. Два с половиной года пришлось качать из него воду, чтобы он опять обрел свойства миража. Выкачали три миллиона литров воды! Я очень рад, что сумел дать научное объяснение этому феномену, иначе я бы лишился покоя.

— Не понимаю, как ему это удалось, — пожал плечами именитый ученый Вилли Макджилли. — Кора кедра, дубовые листья и слово «питахауират». Это просто невозможно! Когда мы в детстве делали себе тайное укрытие, мы брали кору сизой ели, листья бузины и произносили слово «Боадицея»[26]. Здесь же все три элемента фальшивые. Я не могу найти этому научное объяснение. И это не дает мне покоя.

Вся компания двинулась обратно к расщелине. Роберт Рэмпарт продолжал тянуть свою песню: «Хочу мою землю. Хочу к деткам. Хочу к жене».

Нина Рэмпарт, пыхтя, выехала из узкой щели за рулем фургона и поднялась на поверхность сквозь маленький ход ниже забора.

— Ужин готов, мы заждались, Роберт, — сказала она. — Какой из тебя поселенец! Боишься ступить ногой на собственную землю! Идем сейчас же, надоело тебя ждать.

— Хочу мою землю! Хочу к детям! Хочу мою жену! — канючил Роберт Рэмпарт. — Это ты, Нина! Ты вернулась. Больше я тебя никуда не отпущу. Я хочу мою землю! Хочу к деткам! И хочу знать, что весь этот ужас значит.

— Пришло время решить, кто в этой семье носит штаны, — твердо сказала Нина. Подняла мужа, перекинула через плечо, понесла к фургону и затолкала внутрь. Потом с грохотом захлопнула дверцу, села за руль и на полной скорости покатила вдоль узкой расщелины, которая становилась с каждой минутой все шире.

Ух ты, расщелина явно приобретала нормальный вид! Скоро она совсем сгладилась, вытянулась в ширину и длину, как и положено долине. Психонексус в виде продолговатого купола приказал долго жить. Геофизический дефект вкупе с ноосферическим глянул правде в глаза, и ему тоже пришлось сдаться.

Семейство Рэмпартов наконец-то обрело свой надел. И узкая расщелина стала обычной зеленой долиной.

— Я потерял свою землю, — запричитал Кларенс Малое Седло. — Это была земля моего отца Кларенса Большое Седло, и я думал, что она станет землей моего сына Кларенса Голая Спина. Она выглядела такой узкой, что люди не видели, какая она на самом деле широкая. И даже не пытались ступить на нее ногой. И вот теперь я потерял ее.