Читаем Девять дней в мае полностью

Врачиха была из той исчезающей породы одесситок, которые, несмотря на любые негоразды, никогда не вешают нос и не теряют чувство юмора. Как давно известно, настоящая одесситка за десять минут может сделать прическу, салатик и скандал. Их обычно зовут Роза Арнольдовна или Сюзанна Вольфовна. Первые пятнадцать минут личного знакомства они по традиции будут вам жаловаться на жизнь и говорить как всё у них плохо. Обрушить на незнакомца шквал не самой приятной для прослушивания и малоинтересной информации это своего рода проверка на вшивость. Если новый собеседник в ответ начинает грустить и хандрить, то этого человека они не воспримут всерьёз. А коль он будет весьма оптимистичен после всех баёк, то к нему отнесутся со всем уважением и будут обходиться как с близким родственником.

- Ой, устала я с вашими разборками! Всех перебинтуй, обработай йодом, сделай укольчики, а у самой нет времени даже в туалет толком сходить! Круглые сутки на ногах! Сменщиц не хватает! Молодежь не хочет идти работать за гроши. Это мы старое поколение корячимся по привычке. Давали ведь клятву Гиппократа, - весьма театрально говорила врачиха.

- Зато вы чувствуете пульс жизни! Это ведь лучше, чем менять утки у лежачих пациентов! – приободрил её Вениамин.

Небеседин и врачиха сели в ветхий «РАФ» со следами ржавчины на кузове. Вениамин несказанно увиделся при виде рижского микроавтобуса, выпущенного давным-давно.

- Мда, ну и транспорт у вас, - произнес он.

- А что ты хочешь?! В бюджете как всегда нет денег. Механики эти «Рафики» постоянно перелопачивают и вот ездим кое-как.

Микроавтобус покинул Греческую улицу и через бывший Жовтневый район покатил к Слободке.

- А вы были вчера у дома профсоюзов? – спросил Вениамин.

- Была, конечно, куда я денусь!

- И как?

- Куча жмуров. Многим помощь уже была не нужна. Весь халат в крови. Половину ящика на пострадавших истратила. Мы лекарства обычно за свои покупаем, а потом просим возьместить расходы у тех, кто сделал вызов, но вчера я денег ни с кого не взяла. Черные как уголь тела погибших. Не дай Господь кому-нибудь такое увидеть!

- Вы достойны уважения.

     В больнице Небеседина отправили на рентген. Он полчаса прождал, пока сделают снимок пенсионеру, сломавшему себе шейку бедра и не способному самостоятельно передвигаться. Дед стонал, кряхтел, охал, ныл и мычал. Сия картина, разумеется, не обрадовала Вениамина. Девушка шустро подвела Небеседина к аппарату, щелкнула и через пять минут вручила ему снимки.

- Надо зашивать, - сказал лысый хирург в очках, осмотрев Вениамина и взяв в руки рентгеновские снимки его черепа.

- Зашивайте.

    Акушерка сделала Небеседину обезболивающий укол, и после хирург проворно совершил несколько стяжек. Вениамин чувствовал, как его голова на время стала старинным футбольным мячом, который зашивали обувных дел мастера. Повалявшись на кушетке и придя в себя, Небеседин нашел врачиху.

- И что мне делать дальше?

- Выпить холодного компота и выпустить пар через уши, потому что ты горячий как тот агицин паровоз! – популярным одесским речевым оборотом ответила она.

- Это само собой, а если серьезно?

- Домой езжай. Снимки забирай с собой. Я в заключении напишу всё как надо. Мол, сотрясение мозга, серьёзное повреждение, потерял сознание и всё в таком духе. К участковому на стол бумага попадет через пару дней.

- Спасибо вам огромное! – сказал Вениамин и поклонился врачихе.

     Небеседин очень редко бывал на Слободке и поэтому не знал, как оттуда следует выбираться. Надо сказать, что Слободка – район удручающий. Возле онкологического диспансера сплошь обреченные лица. Одноэтажные домики из ракушняка кажутся маленькими склепами. Собачьи стаи рыскают по округе в поисках съестного и часто набрасываются на прохожих. Со Слободки можно было уехать на трамвае, но в нем всегда ездит столько криминальных персонажей, что Вениамин решил воздержаться от этой затеи и дождался микроавтобуса, ехавшего к железнодорожному вокзалу. От вокзала до дома он медленно добрел пешком.

- Чего так поздно? Где ты шлялся? – спросила его мать, едва Вениамин переступил порог квартиры.

- Где надо, там и был!

- А что это за рана у тебя на голове? Получил по чайнику?

- Не твоё дело!

- Говорила я тебе дураку, что получишь когда-нибудь за свои выкрутасы!

- Ойойой!

- Мало тебе дали!

- Всё! Отстань от меня! Это моя голова и я что хочу, то и делаю с ней! За собой лучши следи!

- Кого я вырастила…

- Ты со своим старческим бормотанием и перманентным капанием на мозги страшнее любого «Правого сектора»! Пока всю кровь не выпьешь ведь не успокоешься!

- Ну и сволочь же ты!

- Спасибо за моральную поддержку, мам! – сказал Небеседин и закрылся в своей комнате. Он снял с себя запачканную кровью одежду и бросил её прямо на пол. Вениамин плюхнулся на кровать и мигом заснул, не став даже включать компьютер и читать новостные сайты. Он так утомился за день, что ему уже было наплевать на всех и вся.

ЧЕТВЕРТОЕ МАЯ