Читаем Девианты полностью

— Так мне Анька, дочура моя, в институте учится, говорит, что дядя Петя заходил, торт приносил, дрель спрашивал, — Кругляков продолжал сыпать ненужными подробностями. — Долго, говорит, искал. Она уж торт нарезала, чай вскипел, зовет-зовет его, а он все не идет…

Не в силах прервать разглагольствования Круглякова, Олег машинально кивал головой.

— Потом спрашивает его: «Дядь Петь, что как долго-то?» А он оказывается, не знал, где у меня дрель лежит. Я ведь ее в ларь на лоджию переложил. Ну, Анька-то ему подсказала, он и нашел…

— Ну ладно, Николай Иваныч, приятно было продолжить знакомство, — Олег поднялся со стула.

— А заказа не будете делать?

— Дайте мне прайс с собой, я дома изучу.

«Вот так дядя Петя, — думал Кудряшов, руля в спортзал. — Дрель ему, видите ли, понадобилась. Скажите тоже, хозяйственник какой. Вот бы ни за что не подумал. Весь дом на Полине Георгиевне держится — она и кексы печет, и компоты на зиму закатывает, и ремонтников нанимает, и сад под окнами обихаживает. Череп-то, как я понял, палец о палец не ударяет…»

Треклятая дрель никак не шла у Кудряшова из головы. А почему — непонятно. Ну, дрель и дрель. Какое это отношение имеет к нему? А вот на тебе — прицепилась эта дрель и не давала покоя. Как вчера — фамилия Кругляков.

— Петр Данилыч, признавайся, что ты там сверлишь последнее время? — шутливо спросил Олег ответсека на следующее утро.

— Сверлю? В каком смысле, Олег Викторович?

— Дрель-то зачем у племянника брал?

— Я? У племянника? Ах, ты о Кольке… И когда он тебе успел все разболтать? Впрочем, секрета никакого нет. Чего, собственно, стесняться. У всех у нас есть родственники — более удачливые, менее удачливые…

— Так зачем дрель-то брал?

— А позвольте полюбопытствовать, почему это вас так интересует? — неожиданно перешел в наступление Череп. — Понадобилась мне дрель и все. Скажем, Поле захотелось новую полочку повесить.

— Хотел бы я, Данилыч, посмотреть на тебя с дрелью! — улыбнулся Олег. — Ты же ничего тяжелее строкомера в руках не держал!

— Откуда такая осведомленность, Олег Викторович? — надулся Череп. — И вообще, должен заметить, что мне не нравится тон нашей беседы. Я вам не ровесник, чтобы так со мной разговаривать. Приберегите ваши шутки для господ вроде Стражнецкого и Вопилова.

И разобиженный Черемшанов вышел из кудряшовского кабинета.

* * *

Олег с Алиной сидели за лучшим столиком буфета и через стеклянные стены любовались панорамой заснеженного города. Кудряшов давно хотел поговорить с Кориковой тет-а-тет, но не знал, под каким предлогом это сделать. Оказалось, что никаких предлогов искать не надо — Алина с готовностью откликнулась на его предложение после сдачи номера попить кофе с мороженым. Кроме сладкого, заказали еще и по бокалу пива.

Алина была заинтригована неожиданным проявлением интереса со стороны Кудряшова, поэтому выжидательно молчала. Зачем он пригласил ее в бар? По работе или как? Но ведь кажется, он увлекался Яблонской. Или это все-таки инсинуации Черепа, а между Яной и Олегом были сугубо деловые отношения? С полуулыбкой Алина смотрела в окно, слегка играя завитком своих волос и демонстрируя собеседнику стройную шею, которую еще более стройнили две расстегнутые пуговки.

— Алин, будь со мной откровенна, — Олег говорил, как всегда, размеренно, однако в его голосе угадывалось некоторое волнение.

— В смысле, Олег?

— Скажи, ты ведь недолюбливала Янку?

— Ты меня позвал, чтобы о ней поговорить? — Алина явно была разочарована. — Да успокойся, нормально я к ней относилась и отношусь. Только тебе-то это все зачем?

— Она ждала твоего звонка. После всех этих неприятностей. И очень удивилась, что ты так и не позвонила ей.

— Удивилась? Но почему? — Алина опять перевела взгляд за окно и продолжила, как бы рассуждая сама с собой: — Мы что — подруги? Она была моей начальницей, потом перестала ею быть. С чего бы мне ей звонить? Да и некогда, честно говоря…

— Нет, она была тебе не просто начальницей. Ты всего год как пришла в журналистику, и все это время она носилась с тобой как с писаной торбой.

— Знаешь, Олег, ты целиком и полностью попал под ее влияние. Ты даже фразочками — и то ее говоришь. А еще она говорила, что я была полным нулем, да? И что я путала хеликобактер с хеликоптером? Говорила ведь? И что она тянула меня за уши, а я неблагодарная, не оценила этого…

Олег молчал. Права Алина, все это Яна ему не раз говорила, и примерно в таких же выражениях. Жаловалась на упрямство Кориковой, ее самомнение, проблемы с русским языком.

— А ты не задавал себе вопрос, — продолжила Алина, все больше заводясь. — Почему я вместо благодарности — такой естественной — испытываю совершенно противоположные чувства? Почему я совершенно не расстроена тем, что Яночка больше не главный редактор?

— Не собираюсь гадать.